— С моим благословением, — фыркнул Потто. — О, да. Очень большим. Я с радостью потеряю своего обвинителя, а враг потеряет свой дирижабль.

Он повернулся к Шелку:

— Значит, Паук может действовать, любым образом, против ваших милых союзников? Так это звучит. Ведь вы не ожидаете, что я упущу такую возможность?

— Не ожидаю, — ответил Шелк с настороженным выражением лица. — Но если вы собираетесь ее использовать, я обязан сказать ему об этом. Быть может, вы не знаете, но генерал Мята вышла из туннелей с двумя другими пленниками. Одним из них был заключенный по имени Антилопа. И вот вчера утром этого Антилопу убили в Великом мантейоне.

— Загадка! — Потто хлопнул пухлыми руками как счастливый ребенок. — Я люблю их.

— А я нет. Я пытаюсь разрешить их, если могу, и я попытался разрешить эту. Сначала я подумал, что этот человек, Антилопа, был убит каким-нибудь старым врагом, самое вероятное таким, который присутствовал на жертвоприношении прошлой ночью и видел его. Я попросил Гагарку и одного из офицеров генерала Ската поискать, кто может быть этим врагом.

Шелк перевел взгляд с Потто на Паука:

— И чем усерднее они разбирались в этом деле, тем менее вероятным все это казалось. Вопреки моему предположению, Антилопа был не вором, а дрессировщиком лошадей, который в порыве гнева убил своего нанимателя. Однако его не казнили — из-за общественного сочувствия, возможно. Гагарка не нашел никого, кто мог бы испытывать к нему такую ненависть, что решился бы на убийство.

— Вы подумали о Туре, кальде? — спросила майтера Мята.

— Да, но мы быстро отбросили его. Антилопа был полезным подчиненным в туннелях, и Тур мог тысячу раз убить его, совершенно ничего не опасаясь. Зачем ждать? Зачем подвергаться риску быть убитым капралом Грифелем? А ведь пуля пролетела совсем рядом с убийцей. Кроме того, судя по схематическому описанию убийцы, он довольно прилично одет, не в лохмотьях. Я расскажу тебе позже, как мне удалось получить его описание.

— Чтобы не подвергнуть риску источники, — объяснил Паук. — Так это делается, генерал.

— Большинство друзей и родственников Антилопы считают, что он давным-давно мертв, — продолжал Шелк, — и, тем не менее, кто-то с иглометом осторожно поднялся на хоры Великого мантейона и застрелил его. Почему? Пару часов я крутил этот вопрос в голове, и, наконец, меня осенило — ошибка, произошла ошибка; убийца собирался застрелить другого человека, и по ошибке принял Антилопу за другого. Синель рассказала мне в деталях, как были одеты все присутствующие, и единственными кандидатами оказались Паук и Гагарка.