Шелк попытался не улыбнуться, но не сумел.

— Она хочет, чтобы ее внуки сумели прочитать обо всем этом, и о том, как она встретила вас, когда вы приехали в мантейон из схолы, и как она ходила во дворец кальде, и как ей разрешили войти. Мне кажется, что это очень смешно.

— А я думаю, что это очень трогательно, — сказал ему Шелк. — Мы можем смеяться — я не удивлюсь, если она сама смеется, — и, тем не менее, она права. Насколько я себе представляю, ее внуки еще маленькие, и, хотя они сами живут в эти неспокойные времена, они ничего не запомнят о них. И когда они станут старше, им будет приятно прочитать историю, написанную их бабушкой и рассказывающую об этих событиях с точки зрения их семьи. Я ей аплодирую.

— Ну, кальде, может быть, и я должен был подумать так, но не подумал. Откровенно говоря, я вроде как обезумел.

— Но, надеюсь, не сыграл с ней какую-нибудь грязную шутку.

— Да, не сыграл, но стал думать о том, действительно ли она была в сердце событий. И очень скоро понял, что она совершенно не была. В центре событий были вы, кальде, и даже больше, чем генерал Мята. Подумаешь, Ложнодождевик видела вас, когда вы приехали из схолы. Я тоже встречал вас. Кроме того, вы обычно приходили в наш класс и говорили с нами, и я видел, как вы помогали патере Щука во время жертвоприношений. Так что я решил, что тоже могу записать все, что помню, как только раздобуду бумагу. И назову эту историю «Книгой Патеры Шелка», или как-нибудь в этом роде.

— Я польщен. — На этот раз Шелк сумел подавить улыбку. — Ты собираешься записать и это? Как ты сидишь здесь со мной и разговариваешь?

— Да. — Рог вдохнул чистый спокойный воздух. — И это еще одна причина для того, чтобы не прыгать. Иначе мне придется закончить ее прямо здесь. — Он постучал по палубе костяшками пальцев. — Прямо здесь; потом я еще немного порассуждаю о том, почему вы это сделали, и все. Не думаю, что это станет хорошей концовкой.

— Не должно стать, — согласился Шелк.

— Но именно так вы собирались закончить ее. Вы стояли слишком близко к краю, чтобы думать о чем-то другом. Что случилось, кальде? Что-нибудь… ну, не знаю. Что-то ранило вас, сильно ранило. Если бы я знал, что, может быть, я смог бы вам помочь. Или Крапива.

Шелк, не вставая, отвернулся; через мгновение он соскользнул по лакированному дереву к краю и свесил ноги над бездной.

— Давай сюда, Рог.

— Боюсь.

— Ты не упадешь. Чувствуешь, как плавно движется корабль? И я не собираюсь тебя сталкивать. Неужели ты думаешь, что я могу? Не столкну, обещаю.

Рог пополз вперед, лицом вниз.