— Я ему напомню, как получил место в рядах твоих телохранителей. — Ответил Никки.

Он имел ввиду, что будет угрожать Олафу — скажет, что мы сделаем из него Невесту, а это автоматически лишит его воли и позволит мне иметь над ним контроль, как это получилось с Никки. Именно тот факт, что Никки был моей львиной Невестой, держал Олафа на почтительном расстоянии, о чем он и написал мне в своем письме, сказав, что не желает уподобляться Никки.

Я посмотрела в сторону Родины, которая почему-то вторгалась в личное пространство Олафа, но язык ее тела не был угрожающим — он был соблазняющим. Она находила его привлекательным или просто бросалась на амбразуру? Надеюсь, что нет. Пусть она мне не нравится, но она не заслуживает того, чтобы ее подали на блюдечке Олафу.

— Я за ним присмотрю, Блейк. Джеффрис не посмеет выступить против нас двоих. К тому же, у меня есть жетон.

Я не стала спорить, хотя прекрасно понимала, что если Олаф решит их убрать, он это сделает, либо умрет, пытаясь. У Никки были шансы убить его, но Руфус просто погибнет. Я не хотела, чтобы Марисоль осталась вдовой.

— Сделаем это, Мердок. — Сказал Руфус. Он звучал немного возбужденно — так, словно надеялся на драку, или хотя бы на какую-то заварушку. Он хотел испытать удачу с Олафом или просто был типичным копом с их бесконечной тягой к экшену?

— Я не давала согласия на то, что вы двое собрались тут для меня сделать. — Сказала я. Никки нахмурился, и это заставило меня посмотреть в ту же сторону, куда смотрел он. Ру направлялся к нам, улыбаясь, словно ему было на все наплевать. Он выглядел худым и даже хрупким по сравению с Руфусом, Никки и Олафом, и пользовался этим, распыляя вокруг себя ауру беззащитности и того, что, как я поняла, было его версией сексуальности. Что за херня?

Я посмотрела на Олафа, который наблюдал за нами так, будто собирался запомнить каждую деталь, вплоть до пуговиц на штанах. Может, сталкерство просто было для него чем-то естественным. Ру обнял меня за плечи в чересчур фамильярной манере. Я напряглась, так что он приник ко мне и прошептал:

— Ты флиртовала со мной при свидетелях у бассейна. Хочешь объяснять копам, почему ты не делаешь этого сейчас?

Вот в этом-то и была проблема с ложью и притворством. Стоит только начать, и остановиться уже практически невозможно. Я натянула улыбку и обхватила его за талию левой рукой, стараясь не задеть висящего на ней пистолета. Тискаться с оружием всегда сложнее, но когда дело касается Олафа и полиции, которая выискивает тех, кого можно привязать к исчезновению девушки, мы как-нибудь потерпим эти неудобства.