Я наклонилась так близко, что мой нос почти коснулся трупа. Ни следов лезвия, ни следов когтей я не увидела. Я автоматически задержала дыхание и поняла, что если я нахожусь так близко к телу, то мне нужна маска, а не только бахилы с перчатками. Я выпрямилась, чтобы сделать глубокий вдох, и это была плохая идея, потому что на таком расстоянии обязатально должен быть запах. Я ждала, что он будет мерзким и раздражающим, но его не было. Здесь должно было пахнуть дерьмом, потому что ее кишечник при таких повреждениях наверняка был пробит, но запаха не было. Странно. В смысле, я не жалуюсь, но дерьмо всегда воняет, и труп Беттины — не исключение. В тот момент, когда я вспомнила ее имя, мне стало невыносимо находиться рядом с телом. Меня бросило в жар, и не потому, что мы стояли на солнцепеке. Я встала чуть быстрее, чем следовало бы, от чего перед глазами все поплыло. Я несколько раз глубоко вздохнула, чтобы вернуть себе контроль. Меня годами не выворачивало на трупы, и я не собиралась повторять тот случай, после которого местные копы у нас дома еще долго не давали мне об этом забыть.

Я с трудом сглотнула и посмотрела вдаль, чтобы не видеть тела и сосредоточиться на чем-то, что помогло бы остановить тошноту. У меня перед глазами визуализировался знак «стоп». Это похоже на теорию о том, что справиться с морской болезнью можно, если сосредоточиться на линии горизонта.

— Вы в порядке, маршал Блейк? — Поинтересовался Лин.

Я нашла в себе силы ответить:

— Да. Почему тело почти не пахнет? Кишечник наверняка травмирован. Мы должны чувствовать запах. — Я не была уверена в том, что хочу знать ответ на этот вопрос — просто озвучила свое недоумение.

— Кишечника здесь нет, как и остальных внутренностей из нижнего отдела. — Сказал Олаф.

Я посмотрела в его сторону. Он все еще сидел на корточках возле трупа.

— Даже если он, оно, они, кто бы это ни был, вырвали кишки, содержимое должно было пролиться внутрь.

— Может, морской водой смыло. — Предположил Лин.

— Может. — Согласилась я.

— Или он достаточно умел, чтобы аккуратно вынуть органы. Как охотник, который не желает испортить мясо. — Сказал Олаф.

— Вы думаете, что они ее ели?

— Я не знаю этого наверняка. Но они не ели ее в процессе, потому что следы слишком аккуратные.

— Это не похоже на когти или зубы, как по мне. — Сказала я. — Отто прав. Я тоже не вижу здесь следов знакомых мне инструментов.

— Погодите. — Сказал Лин. — Если это не клыки, не когти и не инструменты, тогда что? Как убийце удалось сотворить подобное?

— Здесь есть следы зубов. — Произнес Олаф.