— Они не дети. — Возразили мы с Олафом в один голос. Я улыбнулась, а через секунду, когда он понял, то улыбнулся и сам.

— У вампиров свои законы насчет обращения детей. Это запрещено по многим причинам. — Заметила я.

Мысль об этом стерла улыбку с моего лица. Дети-вампиры всегда были наглухо отбитыми и обычно садистами, либо каким-то иным образом повернутыми. Подростки справлялись лучше, но если они еще не достигли пубертата, то вампиризм тупо срывал им крышу.

— Я разочарован, что в этом деле нам приходится сохранять жизнь верживотному. — Произнес Олаф. — Я надеялся помочь тебе убить его.

— Даже несмотря на то, что он — мужчина? — Уточнила я.

— Я уже говорил тебе, что помогу охотиться на твоих жертв, если мы будем делать это вместе.

Так и было, а еще это была чертовски высокая похвала от Олафа. Стремная, но высокая.

— Я правильно понял, что мы пытаемся найти реального убийцу, чтобы спасти жизнь подозреваемого? — Уточнил Эдуард.

— Ага. — Ответила я.

— Анита этого хочет. — Сказал Олаф.

— В ордере указано имя подозреваемого, но документ прописан таким образом, что мы имеем право охотиться на кого угодно, кто вовлечен в это дело. — Заметил Эдуард.

Я об этом пока не думала. Спасем Бобби Маршана, а потом уже будем разбираться с тем, что нам еще позволено.

Олаф улыбнулся.

— Ты имеешь в виду, что мы все еще можем казнить настоящего убийцу?

— Легально казнить. — Подчеркнул Эдуард.

— Мы с Ньюманом считаем, что убийца — человек, который спланировал подставу.

— Вполне вероятно. — Согласился Эдуард. — Этот человек уже совершил одно убийство, и сейчас пытается руками маршалов совершить второе. Думаешь, он заслуживает какого-то особого отношения с точки зрения закона только потому, что не является сверхъестественным?

— Закон считает это легальным.

— Закон позволяет ликвидировать убийцу здесь и сейчас, чтобы избежать волокиты с судом. — Заметил он.

Я уставилась на Эдуарда, пытаясь понять, подначивает ли он Олафа, или реально верит в то, что говорит.