— Ты не такой плохой человек. — Сказал Никки.

— К счастью для тебя. — Ответила я.

— Я знал Никки до тебя. Будь он на твоем месте, он поступил бы, как плохой человек. — Заметил Олаф.

Я посмотрела на Никки. Он мне улыбнулся. Я улыбнулась в ответ.

— Мы с Никки это уже обсуждали.

— И что ты думаешь о его прошлом? — Поинтересовался Олаф.

— Я думаю, та стерва, которая считала себя его матерью, превратила его в социопата. А еще я думаю, что связь со мной помогает ему нащупать свои собственные эмоции, которые повредил абьюз.

— В таком случае, Никки не такой, как я, Анита. Внутри меня нет тех эмоций, которые ты могла бы нащупать.

— Если бы в тебе не было сокрыто больше, чем ты сам думаешь, ты бы не пытался встречаться с Анитой. — Возразил Никки.

Олаф застыл — его руки сжали руль внедорожника так сильно, что тот издал протестующий звук, как будто вот-вот был готов сломаться. Олаф убрал руки с руля.

— Я не способен на любовь.

— Ты в этом уверен? — Поинтересовался Никки.

Олаф посмотрел на него, но его лицо было нечитабельным за стеклами солнечных очков. Мы ждали, что он ответит на вопрос Никки. Он промолчал. Просто вышел из машины и оставил нас позади.

— Это было интересно. — Заметил Никки.

Я хотела поспорить, но сказала правду, потому что он бы все равно ее почувствовал.

— Это было странно, стремно, но интересно.

— Думаю, ты только что описала Олафа.

Опять же, я не могла с этим спорить, так что выбралась из машины, а Никки выбрался вслед за мной — потому что хотел или потому что должен был. С одним социопатом я уже встречалась, и вряд ли потяну второго. Я никогда всерьез не думала о том, чтобы встречаться с Олафом, так что же нам теперь делать друг с другом? Даже для моей бальной карточки это был очень странный случай.

53

53