Сердце сжалось от боли. Как же я скучала по её улыбке.

Папа тоже разглядывал меня с нескрываемым весельем. Поймав мой взгляд в зеркале заднего вида, он игриво подмигнул и легким движением смахнул непослушную черную прядь, упавшую ему на лоб.

Мне нестерпимо сильно хотелось обнять родителей, согреться в теплых родных руках, вдохнуть мятный аромат волос — в детстве я ненавидела этот шампунь, но сейчас была готова отдать всё на свете, чтобы хоть еще раз ощутить его запах. Я мечтала коснуться нежной маминой ладони, крепко сжать ее пальцы и больше никогда не выпускать, особенно в эту самую ночь. Мне необходимо было рассказать родителям, как сильно скучаю и попросить папу остановить машину — дальше ехать нельзя.

Пожалуйста, остановись.

Но мои губы не шевелились.

В ту ночь мне было всего восемь лет. Скрестив на груди руки, я обиженно взирала на родителей и оскорбленно надувала щеки в ответ на мамин смех.

Меня настоящую пронзил панический ужас: я оказалась заперта в этом маленьком теле, не имея возможности совладать с ним и докричаться до собственного юного разума.

Мимо окна проносились безликие, одинаково похожие деревья, но я никогда не смогу забыть тот опаленный изогнутый ствол, который вот-вот должен был показаться за поворотом дороги. Я попыталась закрыть глаза, но они тоже меня не слушались, вынуждая в упор наблюдать за яркими огнями, возникшими на дороге.

Визг тормозов заглушил мой испуганный детский крик, показавшийся чужим и очень далёким. Машину резко занесло в сторону, колёса заскользили по гравию на обочине.

На краткий миг я почувствовала связь со своим телом, от открывшейся истины сердце пропустило удар, — мне был знаком свет, вспыхнувший на трассе. Это яркое бирюзовое сияние, льющееся извне и лишающее красок всё вокруг, я видела в тот самый день, когда магия затащила меня в Гехейн. То, что десять лет назад моё испуганное детское подсознание приняло за свет встречных фар на самом деле оказалось распахнутой Дверью.

Моя детская ручка потянулась к маме, но в этот момент машина резко подпрыгнула на кочке. Раздался глухой удар, меня отбросило вперёд, голова врезалась во что-то твердое и мир мгновенно померк.

Не открывай глаза.

Не знаю кого я хотела убедить больше — себя настоящую, взрослую и надломленную, или себя прошлую, маленькую и напуганную.

Звон в ушах заглушал тихие перестуки дождя. Ночь опустилась на пустынную дорогу, и я едва различала что-либо на расстоянии вытянутой руки.

— Мама, папа, — позвала я тихим тоненьким голоском, который совершенно не узнавала.

Никто не ответил.