Я удивленно округлила глаза. Не давая мне возможности засыпать его вопросами, Арий вновь спешно заговорил:

— Путь до болот будет долгим. В моей комнате ты найдешь рюкзак со всем необходимым. И возьми с собой Шеонну, не пытайся ее оттолкнуть. Шейн ни за что не согласится пойти с тобой, он только будет рад, если Эспер умрет на твоих руках. А вот его сестра тебя никогда не бросит, с ней ты не пропадешь.

Арий обхватил моё лицо ладонями, заставляя посмотреть в глаза.

— Пожалуйста, не позволяй своему страху остановить тебя и сбить с пути. Ты всю жизнь прячешься от самой себя — сначала за повязками, потом за Эспером. Но я знаю, что ты гораздо сильнее, чем думаешь.

— Но мне не страшно, — ответила я, удивившись спокойствию в своем голосе.

Это не было притворством. Я действительно не испытывала страха, и впервые для подобной отчаянной храбрости мне не потребовалось вмешательство Эспера.

Неужели Бездонный что-то сломал во мне? Или же закалил, сделав сильнее?

— А должно быть, — Арий сокрушенно покачал головой. — Страх заставляет свернуть горы, а бесстрашие приводит к смерти. Ты должна бояться шинда, тамиру, Бездонных, кристалла, висящего на твоей шее, но не уступать этому страху. Именно борьба с собой научит тебя выживать. Я хочу, чтобы ты увидела этот мир собственными глазами, а не моего брата. Потому что сейчас ты не способна увидеть даже меня.

— Но я вижу тебя, — запротестовала я, пристально воззрившись на парня.

— Ты видишь лишь мою оболочку. Видишь во мне человека, закрываешь глаза на кровь на моих руках, на ложь, которую я сею. И ты не видишь во мне зверя, потому что Эспер не позволял смотреть, а ты не сопротивлялась. Ты обманываешь себя так же легко, как я обманываю торговцев иллюзорной монетой. Я хочу, чтобы ты увидела, что я за существо, хочу, чтобы ты смотрела на меня, как смотрят все остальные люди на тамиру.

Я непонимающе изучала лицо Ария.

Он хотел, чтобы я боялась или ненавидела его за кровь на руках, но мои тоже были окроплены ею. Я не могла смириться с той жизнью, что отняла сама, но в то же время не смела винить тамиру за смерть, принесенную врагу, и готова была найти оправдание любому убийству или лжи. Потому что я нуждалась в Арие, особенно сейчас.

Он порывисто притянул меня к себе, зарывшись носом в мои волосы.

— Твой взгляд невыносим, — тихо прошептал тамиру.

От его голоса по спине пробежали мурашки. Мне хотелось обнять Ария в ответ, прижаться к его груди и не отпускать. Но мои дрожащие руки, не повиновались, оставались лежать на коленях.

Арий отстранился и задумчиво положил руку на мерно вздымающийся бок Эспера.