— Сив, — озадаченно окликнул её мужчина, вскочивший следом из-за стола.

— Сумасшедшая какая-то, — обиженно буркнула подруга и потянула меня к лестнице.

Поднявшись в комнату, я положила рыжего кота на подушку и обессиленно рухнула рядом, прижившись лбом к мягкой холке друга. С каждой прожитой минутой этого бесконечного, невыносимого дня отсутствие Эспера ощущалось всё острее. Нестерпимо тяжело было смотреть на плавно вздымающиеся бока тамиру, поникшие уши, сомкнутые веки и не ощущать его присутствия в своем разуме. Сейчас Эспер казался самым хрупким существом во всем Гехейне. Я крепко обняла кота, мысленно коснулась той непроницаемой черной стены, которая разделила нас, и попыталась передать другу всё тепло и нежность, которые испытывала, надеясь, что эти светлые чувства достигнут его сердца и могут противостоять твари, терзающей звериный разум.

— Алесса, — шепотом позвала меня Шеонна.

В полумраке, наполнившей нашу маленькую комнату, я с трудом различала лицо подруги.

— Да? — так же тихо откликнулась я.

— Что бы там Шейн ни говорил, я пойду с тобой на болота, — уверенно пообещала девушка. — Уж вместе-то мы заставим ведьм помочь Эсперу и ответить на все наши вопросы.

От ее слов на моих губах расцвела легкая улыбка.

— Спасибо.

Вскоре Шеонна мирно засопела, по уши завернувшись в грубое одеяло. Я же беспокойно вертелась на кровати, борясь со сном, медленно опутывающем мой разум. Было страшно закрывать глаза и вновь проваливаться во тьму. Кто знает какие картины я в ней увижу или с какими кошмарами столкнусь — теперь некому защищать меня от них.

Спустя почти час я не выдержала и, аккуратно уложив Эспера в сумку, вышла на свежий воздух, который тут же развеял сонливость.

❊ ❊ ❊

Перепутье оказалось небольшим поселением с низкими, не более двух этажей, жилыми домами, парой неприметных постоялых дворов и серым административным зданием на окраине. Чуть в стороне от трактира, в котором мы остановились, улица расширялась и поднималась на пригорок. Там на небольшой круглой площади, вытоптанной сотней ног до липкой грязи, отдыхали местные жители. В основном здесь была молодежь для которой с заходом солнца жизнь только начиналась. Собравшись у высокого костра, молодые люди весело отплясывали и заливисто хохотали.

Мой взгляд скользнул по беззаботным, счастливым лицам и, к моему удивлению, зацепился за знакомую фигуру. На противоположной стороне улицы стоял Шейн. Задумчиво выпуская изо рта серый табачный дым, он не сводил с отдыхающих пристального взгляда.

У меня не было желания попадаться ему на глаза и начинать разговор — это обязательно приведет к бессмысленному спору. Поэтому я повернула обратно.