Шейн молча притянул меня к себе. Я прижалась к его груди, и с болезненным криком выпустила на свободу все слезы, которые сдерживала с самого Перепутья.

— Все будет хорошо, — ободряюще произнесла Шеонна, проведя рукой по моим волосам. — Мы почти пришли.

❊ ❊ ❊

К моменту, когда солнце окрасило перья облаков в розово-бирюзовые оттенки, с гребня пологого холма открылся вид на возделанные поля, затопленные в низинах молочным туманом. По узким прокатанным колеям медленно ползли одинокие телеги, а редкие рабочие вязали мешки с урожаем или отдыхали в выкошенных проплешинах, прильнув к кожаным бурдюкам.

Мы вышли на ухабистую, припорошенную мелким гравием, дорогу. Спустя почти неделю, проведенную в глуши, наедине с дикой природой, оказалось очень неуютно вновь находиться среди людей. Они провожали нас любопытными взглядами и тихими шепотками, но быстро теряли интерес.

Неожиданно рядом фыркнула лошадь. Протащив вперед тяжелую телегу, она остановилась и недовольно ковырнула землю копытом.

— Далеко путь держите, молодые люди? — обратился к нам возчик.

В его карих глазах пылал неподдельный интерес и этот веселый блеск добавлял привлекательности розовощекому лицу, обрамлённому в густую темно-серую бороду. Рядом с мужчиной сидела девочка лет семи. Перегнувшись через борт телеги, она не сводила с нас столь же живого любопытного взгляда.

Чужаки в этих краях были диковинным зрелищем, догадалась я.

— На Ксаафанийские острова, — настороженно, нехотя ответил Шейн.

— Нам по пути значит! — Весело воскликнул возчик. — Что ж, тогда полезайте в телегу, составите нам компанию.

Мы неуверенно переглянулись.

— Давайте-давайте, — мужчина настойчиво замахал руками. — Смотреть на вас больно, едва ноги волочите. В таком темпе вы к рассвету до Ве́реста не доберетесь, а места здесь не самые безопасные для ночевок.

Не знаю что определило наше решение, — открытость и располагающая улыбка возчика или боль в ногах и усталость, взявшая над нами верх, — но через пару минут мы уже сидели в наполовину груженной мешками телеге, рядом с девочкой.

— Меня зовут Гедрик, — представился мужчина и махнул рукой через плечо, — а это моя дочь, Асья.

Шейн назвал наши имена, избавляя меня с Шеонной от необходимости вступать в диалог — усталость сковала даже наши языки.

— Откуда вы забрели в наши края? — поинтересовался Гедрик. — Кажется вы уже долго в дороге. Если честно выглядите не очень, болотные утопленники и то чище вас будут.

— Мы из Эллора, — кратко бросил Шейн.

Мужчина присвистнул.