Меня одолевает любопытство, и я просовываю язык ему в рот, провожу по верхнему ряду зубов, проверяя наличие клыков. Каково бы это было – если бы он укусил меня?

– Не искушай меня, – рычит Зандер, смещая мое тело пониже, так, чтобы его бедра оказались точно между моими. Когда он прижимается ко мне, жар его рук, стискивающих мою задницу, обжигает. Возможно, я и не могу прочесть его вожделение по учащенному пульсу, но я чувствую доказательство его возбуждения. Он так же увлечен мною, как и я им.

До меня смутно доносится чей-то свист, но я игнорирую его, углубляя поцелуй, скользя рукой под его капюшон и сгребая в охапку шелковистые волосы. Но после слышится еще один, более настойчивый свист. Зандер отстраняется и ослабляет хватку, опуская меня на землю. Проходит несколько долгих мгновений молчания. Его дыхание прерывисто, и он, кажется, собирается с силами. Как, впрочем, и я – мое собственное дыхание вырывается короткими, пьянящими урывками.

– Нам нужно идти.

К сожалению, момент упущен. Я позволяю Зандеру за руку вывести меня из переулка, пока голова кружится в облаке возбуждения и замешательства.

25

25

В моей спальне жутко тихо и темно, когда мы с Зандером проходим через тайный коридор. Колокол не звонит всю ночь, но, должно быть, уже далеко за два. Слышится скрежет камня, а после путь к отступлению закрывается. В канделябрах мерцает скудное пламя, но и этого достаточно, чтобы питать способности Зандера. По всей комнате внезапно вспыхивают свечи, заливая мою кровать теплым светом.

Зандер наклоняется, чтобы поправить маленький коврик у изножья кровати – единственное свидетельство тайны моей комнаты и нашей недавней прогулки.

Ну и, конечно, это непреодолимое напряжение, витающее в воздухе.

Поездка обратно в замок была тихой и пронизанной моими невысказанными мыслями, и большую часть времени я прислонялась спиной к его груди, против чего он, казалось, не возражал. Но теперь мы здесь, одни, и я не знаю, чего ожидать. Я даже не знаю, что хочу, чтобы что-то произошло.

Это ложь.

Я смотрю на его высокое, мускулистое тело и красивое лицо; думаю о дьявольской улыбке, проницательных глазах и ощущении его рук на моих бедрах, мягких губ на моих губах, и о том, как его тело вонзается в мое, и понимаю – это именно то, чего я хочу.

И я, наверное, идиотка.

В моей голове оживает голос, который также пытается найти разные взгляды на эту ситуацию. Он твердит о победе, ведь то, из-за чего я здесь, почти достигнуто, теперь, когда Зандер не презирает меня. Но с этим знанием приходит и чувство вины. Я не хочу использовать его таким образом.