– Ваше Высочество, потому что они убили своих хранителей.

– А как вы узнали, что в их венах течет этот яд?

– Ну, я… да, я согласен, это проблема, – запинается он, а затем откашливается. – Но это не меняет того факта, что эти смертные приняли яд с намерением кого-то убить. Они сделают это снова, если представится возможность.

– Вы имеете в виду бессмертных, которые брали их кровь вопреки закону?

– Да, но они достаточно взрослые, чтобы знать, что они принимают… – Голос Столла дрожит под смертоносным взглядом Зандера.

– Насколько я понимаю, эти бессмертные – любой бессмертный, который не соблюдает закон системы кормильцев, – заслуживает такого же наказания.

Поднимается ропот, но за ним быстро следует тишина.

Зандер поворачивается к заключенным.

– Эти дети принадлежат вам?

Женщины решительно кивают. Та, что слева, умоляет:

– Пожалуйста, пощадите их. Это были мы. Мы добавляли яд в их напитки. Они не знали.

– Но вы знали.

Они кивают.

Челюсти Зандера сжимаются. Он привык обдумывать те или иные проблемы, но ему не дали такой возможности. Эти лорды поведали ему байку о злых непокорных кормильцах, а после привезли их, привязанных к крестам, чтобы сжечь.

Мой шок сменяется яростью.

– Они сделали то, что сделала бы я, будь это мои дети, – шиплю я себе под нос достаточно громко, чтобы Зандер услышал. У них был шанс остановить их от кормления монстрами. Так поступили бы многие родители. Мое отвращение нарастает, когда я сжимаю предплечье Зандера. – Ты не можешь этого сделать. Это наказание неправильно.