Он сделал паузу, ждал ответа, но Джулиус не знал, что сказать.

— Как грубо с моей стороны, — Боб повернулся к незнакомому дракону, который все еще смотрел на Эстеллу. — Позволь представить Черный Размах. Эстелла уже его знает, конечно, вед он… как она говорит? О, да, «устраивал падения империй до того, как ее матери родились», — он широко улыбался, но улыбка была грозной, когда он повернулся к Эстелле. — Видишь? Я говорил, что насмешки до добра не доведут.

Джулиус сжался, защищаясь. Казалось глупым дразнить Эстеллу в ее нынешнем состоянии, но, хоть Боб открыто насмехался над ней, белая драконша будто не слышала его. Она смотрела на Черного Размаха, и чем дольше она смотрела, тем оскорбленнее выглядела.

— Он, — наконец, сказала она. — Из всех драконов ты пришел ко мне с ним?

— Я не выбираю фаворитов, Северная Звезда, — ответил Черный Размах, голос был слишком низким для его человеческого тела. — И я предупреждал, что будет, когда мы встретимся снова.

— Думаешь, мне есть дело? — прорычала Эстелла, показывая острые белые зубы. — Я знала, что будет, и я выбрала умереть тут с победой, а не увянуть в поражении. Я заплатила своим будущим, и даже ты меня не остановишь.

— Я не обязан тебя останавливать, — печально сказал Черный Размах, кивнул на балкон. — Ты уже сделала это.

Эстелла повернула голову, ее голубые глаза расширились.

— Нет.

Снаружи последний кусочек солнца пропадал за горизонтом. Свет исчез, Челси, Амелия и Конрад стали двигаться, озирались так, словно не знали, как попали в тронный зал. Только Бетезда не двигалась, но у Джулиуса не было времени думать, почему. Он смотрел на Эстеллу, пророчица не выдержала.

— НЕТ! — взвыла она, терзая когтями пол тронного зала, пока не добралась до края балкона, посмотрела туда, где было солнце, словно могла поднять его силой воли. — Это было не просто так. Это не может быть зря!

— Это было не напрасно, — Черный Размах указал на Джулиуса. — Он вернул будущее, которое ты выбросила, Эстелла. В этот миг, благодаря ему, ты еще жива, у тебя еще есть выбор. Ты — пророк. Ты знаешь лучше многих, что будущее не из камня. Еще не поздно сдаться.

— Уже слишком поздно, — прорычала она, дым валил из ее рта, когда она развернулась. — Моя судьба была решена в миг, когда я взяла Космолябию, но если мне пора умереть, — она посмотрела на Боба, который еще стоял рядом с Джулиусом, — он уйдет со мной.

Слова еще звенели эхом, когда Эстелла открыла рот, и всю комнату озарил белый свет ее огня. Как вся ее магия, огонь был холодным, ледяное пламя поглотило все, чего коснулось, включая Боба, который стоял в центре атаки, и Джулиуса, который оказался за ним. Но, когда Джулиус поверил, что умер, просто еще не понял этого, несмотря на слепящий белый огонь, он не ощущал боль. И Боб еще был тут, целый, не обожженный, стоял перед ним с голубем на плече и Клыком Хартстрайкера в руках.