Вдавило породу, задрало стенки кратера. В эпицентре теперь медленно застывала невысокая трехвершинная гора из скальных обломков, богатого металлами астероида и густой магмы.

В сердце горы еще хранили жар астероидные жилы золота, платины и прочих тяжелых элементов.

Так на свет появился кратер Аристилл. До зарождения человечества оставался один и три десятых миллиарда лет.

Остыл кратер быстро, перестал трескаться – стал безупречным: умиротворенным, молчащим, замершим. Мертвым.

Над ним вертелась Земля с ее буйством жизни, шумов и перемен.

Сменился еще миллиард лет. На смену динозаврам пришли млекопитающие.

Гомо эректус. Гомо гейдельбергенсис. Гомо неандерталенсис. Наконец, гомо сапиенс.

Аристилл немым стражем нес дозор, пока люди овладевали огнем, изобретали колесо.

Он бесстрастно, безжизненно наблюдал за экспериментами человека.

Камень. Копье. Атлатль. Лук.

Пушка. Ружье. Самолет.

Советская Р-7 «Семерка». Американский «Сатурн-V». Китайская «Чанчжэн-11».

Многие тысячелетия Аристилл пребывал в морозном забытьи, как вдруг в мгновение ока облик Луны стал спешно преображаться.

Ее поверхности достиг первый рукотворный объект. За ним второй, третий.

Земля сыпала планетоходами.

За сто пятьдесят километров на юг от Аристилла прилунился маленький спускаемый аппарат с двумя приматами – они и трех суток здесь не пробыли и к кратеру даже не приблизились.

Почти на век – мгновение по космическим меркам – Аристилл вновь погрузился в сон. Тут ручеек с Земли и возобновился, окреп. Явилось первое экспатское судно – неказистое, подождало да улетело. Вернулось уже не одно. На пыльное дно аристилльской чаши прилунились, все как один, ржавые посудины, купленные за гроши якобы на металлолом, с необычными двигателями. На грунт вышли приматы в неуклюжих скафандрах, нашли месторождения золота и других ценных металлов, улетели и вернулись с земным оборудованием. Впервые за один и три миллиарда лет Аристилл шумел, источал жар, преображался.

Его испещрило туннелями, сверху укрыло солнечными электростанциями. Выросли плавильни, цехи, порты. Все глубже зарывались бурильные машины, выбрасывая наверх горы породного отвала.

И вдруг ни с того ни с сего хлынула вторая волна приматов, а вот изменилась гравитация, сдетонировали подрывные заряды, вот ото дна Аристилла оторвалась громадная глыба породы и взмыла в небо.

За миллионы лет она многому была свидетелем, но почти с самого глубокого времени не менялось одно: посередине черного неба над ней неизменно висела лазурная жемчужинка.