Свет ограничивался мелкой старой лампочкой под потолком, безбожно мигающей. В центре стоял стол – круглый, рассчитанный максимум на двоих. Его заставили пирожными и чашками, на подставке со свечой грелся чайник, весело серебрился изящный цветочный узор на скатерти. И не скажешь, что здесь принимает меня сама Инквизитор, грозная убийца, обладающая непостижимыми… талантами.

Я переступила порог, и дверь с грохотом захлопнулась.

– Здравствуй, Хель. Я тебя заждалась. Моя птичка завела не туда? Заплутали?

Я в отчаянии заозиралась, пытаясь определить, откуда доносится голос, но в помещении словно никто не присутствовал. Ни шороха. Голос – ровно с потолка.

«Не молчи, – посоветовала Варвара. – Она вспыльчивая».

– Нет, – выдавила я. Варвара явно знает ее лучше меня, так что стоит прислушаться. – Моя оплошность, я вышла из дома слишком поздно. Похоже, ваша птица была раздосадована моим опозданием, поэтому не стоит ее винить. Извините.

Щеки тут же коснулась грубая ткань, и передо мной возник высокий худощавый силуэт в черном плаще. Я столкнулась лицом к лицу с самим Инквизитором, за которым с остервенением гонялись Пак и Арлекин, за которым якобы охотилась и я. Инстинкты вопили бежать туда, где меня не найдут сами боги, но я усилием воли прикрепила подошвы ботинок к полу и даже не зажмурилась.

Эта женщина была мрачно красива. Бледная кожа, спутанные, но пышные темные волосы, выступающие из-под ворота плаща ключицы. Она улыбалась тонкими губами-ломаными-линиями, и длинные ресницы отбрасывали тени на впалые щеки.

– Не бойся, – произнесла она, изящно указав рукой на стулья. – Не стой на пороге, присаживайся. Чай горячий. Нам о многом нужно потолковать, и я не хочу, чтобы ты проголодалась. Сожалею, приличных стульев здесь не нашлось. Ты ничего не имеешь против табуреток?

– Нет, – простое короткое слово выпало из глотки, как выкашлянный шип.

– Ты боишься, – сказала вдруг женщина. Меня затошнило. – Поверь, я не причиню тебе вреда. Однако если ты не пойдешь мне навстречу, я не смогу тебе это доказать. Пожалуйста, сядь. Еда и вода не отравлены.

«Она не лжет», – прошептала Варвара.

Кивнув, я медленно, едва не на цыпочках, приблизилась к столу, отодвинула табуретку и чинно села, не сводя глаз с убийцы. Та устроилась напротив:

– Так-то гораздо лучше, не правда ли? Для начала представлюсь. Меня зовут Морена. В нынешнее время я известна как языческая богиня смерти и зимы.

Она замолчала, давая мне осмыслить услышанное.

В принципе, среди идей, кто же такой Инквизитор, не оставляющий после преступлений следов и чудом не позволяющий огню перекидываться на окружающие предметы, крутилось нечто подобное. Возвышенно-сверхъестественное. Но все же не настолько.