Как и ожидалось, мама сидела на коленях, поставив маленькое зеркало на бортик ванны, и усердно раскрашивала лицо. Судя по всему, она увидела меня в отражении, так как тут же сказала:

– Доброе утро! Как спалось?

– Плохо, – ответила я и показала ей градусник. – В школу не пойду.

– Хорошо, – тут же согласилась она. – Иди в комнату, я приготовлю тебе горячий чай с лимоном.

– Я сама за ним приду. Позови.

– Как хочешь. Давай-давай. Мне еще второй глаз нужно ровно сделать и помаду подобрать. Минут через двадцать крикну, твоему брату все равно вставать.

Кивнув, я зашаркала обратно к себе. Сил нормально поднимать ноги не было; будто какой-то паразит присосался к лопаткам и остервенело выкачивал энергию. Неудивительно, учитывая, что я столкнулась с трупом своей учительницы, перебросилась парой слов со знаменитым городским убийцей и была приглашена в его уголок. Да как изящно – адреса я тебе не скажу, тебя птичка проводит.

Отчаянно кутаясь в одеяло, я забилась в угол постели, свернулась калачиком и закрыла глаза, опустив голову на плечо.

Мысли разбегались в стороны, как испуганные кролики, и ни одну из них не удавалось ухватить за хвост. Углы надписи словно приподнялись в насмешке.

«Весь день так проваляешься?» – хмыкнула Варвара.

«К чему ты клонишь?» – вяло поинтересовалась я.

«Инквизиторша позвала тебя к себе, и ты должна принять ее приглашение».

При звуке проклятого прозвища ноги свело судорогой, вновь резанули сознание оскаленные белоснежные зубы в обрамлении черной плоти.

«Она убьет меня».

«Брось, если бы она этого хотела, давно бы провернула. Она пробралась в твою комнату и выцарапала надпись на стене, а ты и бровью не повела. С таким же успехом она могла коготками перерезать тебе глотку. Так что тебе нечего бояться».

«Вы знакомы, не так ли? Ты бы не посылала меня к ней, зная, что она может отправить меня на тот свет, ведь мое тело приятнее в живом виде. У вас сговор?»

«О, будь у нас сговор, я была бы счастлива. Но увы, нет. Я лишь предполагаю, что она расскажет много любопытного. Если сделаешь правильный выбор, возможно, я изменю планы и дарую тебе жизнь. Мы с ней на одной стороне, а ты противостоишь нам, но смени ты позицию – все повернулось бы иначе…»

Никогда не считала себя человеком, легко ведущимся на провокации. Мне нравилось считать себя неподкупной… Но я никогда не оказывалась в ситуации, когда гордость препятствовала жизни. Никогда не размышляла, что делать ради спасения своей драгоценной шкуры.

Сейчас же все сложилось таким образом, что я была не вправе отвернуться. Нужно было действовать, несмотря на то что верить Варваре крайне рискованно.