Здоровой рукой Рий достал телефон и прочитал несколько неполных слов: «Ист дв сосна».

Был на редкость ясный осенний день, и на голубом небе вырисовывалась багряная листва пышного убора леса. Природа казалась умиротворённой, словно перед долгой зимой решила запастись последними солнечными лучами. Всё замерло вокруг. Ева мчалась вперёд сквозь поредевший лес. Пахло мхом и грибами. После вчерашнего дождя повсюду были небольшие лужицы. Ева с разбегу перепрыгивала через них. Каждая минута задержки могла стоить Марку и Таю жизни. Инстинкт вёл её по старым тропинкам, которые ей показывал Тай. Внезапно впереди появилась знакомая расселина в горах. Ева остановилась. Сердце гулко билось о рёбра, дыхание сбилось.

Ева беззвучно проскользнула в расселину, пробежала ещё немного и остановилась. Вокруг стояла пугающая тишина, которую нарушал лишь громкий стук её сердца да журчание ручья. Сосновая шишка, круглая и ощетинившаяся, отскочила где-то наверху и, пролетев сквозь кроны клёнов, стукнулась о землю. При этом звуке Ева вздрогнула. Среди окружающего её безмолвия этот звук показался ей нестерпимо резким. Неожиданная мысль пронзила её. Она уже была в этом месте в это время года. Только не наяву, а во сне. Ещё один её кошмар воплощался в реальность. Плотный красный ковёр опавших листьев так же укрывал землю. Только теперь окружающий её багровый цвет вызывал ассоциацию с кровью. Ева медленно пошла вперёд. Ощущение чего-то страшного, неизбежно приближающегося, захлестнуло её. И вдруг её взору открылась ужасающая картина. Возле трещины в скале, откуда брал своё начало источник, к раздвоенной старой сосне были привязаны Марк и Тай. Их тела были изранены, а головы безжизненно опущены. Кровь была повсюду. Ева бросилась к Марку. Как только её руки коснулись его, он, застонав от боли, открыл глаза. Тайлен повернул голову в её сторону. В его глазах отразилось отчаяние.

— Зачем ты пришла сюда? — ослабевшим голосом спросил он. Ева бросилась к нему.

— Тай, миленький, потерпи, — шептала она, пытаясь развязать верёвки.

— Уходи отсюда, — прохрипел он и снова уронил голову на грудь.

Рядом с его головой в дерево почти по рукоять вонзился кинжал. Ева вздрогнула и обернулась. Перед ней стояла девушка из сна, только теперь её черты не были размыты. И хотя сейчас она сильно изменилась, Ева с ужасом узнала её.

— В следующий раз это будет его голова, — сказала мягким голосом Оксана, приближаясь к ней.

— Оксана? Не может быть, — ошеломлённо прошептала Ева.

— Фу! Конечно, нет! Это примитивное имя лишь деталь образа.