Марк! Тай! Она вскочила на ноги и бросилась к ним. Приблизившись к Марку, она прислушалась. Где же биение сердца? Слишком поздно. Дрожащими руками она вытащила кинжал из его груди и повернулась к Тайлену. Страх сжал её сердце. Неужели она потеряла их обоих?

Тай! В одно мгновение она оказалась рядом с ним и, прижавшись к его груди, услышала слабое биение сердца. Когда она вынимала из него кинжал, ощутила его горячую кровь на своих пальцах.

— Потерпи, мой хороший. Я сейчас, — шептала она.

Плохо слушающимися пальцами она один за другим развязывала узлы верёвки. Тай с хрипом сполз вниз по стволу. Ева занялась верёвками Марка. Где-то глубоко внутри она понимала: он мёртв и ему уже не помочь, но всё её существо продолжало бороться, отказываясь верить фактам. Освободив его от верёвок, она прижала его к себе и стала баюкать, как ребёнка. Она заглядывала в его бледное, израненное лицо, сжимая безжизненное тело. Ужас потери приближал её к безумию. Разве могло её сердце вынести такую боль? Ева прижалась к нему и, поцеловав в губы, прошептала:

— Всё будет хорошо. Обещаю.

Она посмотрела на Тая и увидела, как его агатовые глаза ищут её.

— Я здесь, — заботливо уложив на опавшую листву, она выпустила из объятий Марка и подползла к Таю.

Он услышал её голос и слегка повернул голову в её сторону. Когда их глаза встретились, на его губах появилась лёгкая улыбка. Он попытался вздохнуть, но вместо этого из его груди вырвался глухой хрип. Он не мог дышать. Ева взяла его лицо в свои окровавленные ладони и почувствовала, как заструились по щекам слёзы.

— Тай, пожалуйста, не умирай. Ты не можешь... Прошу тебя. Умоляю, — как заклинание шептала она, но уже знала, что яд закончит своё дело. — Если тебя нет, то и меня нет... Помнишь?

Тай ощутил, как ему на лицо падали её горячие слёзы. Он улыбался. Она жива и была рядом, это главное. Удары его сердца становились всё слабее и реже, но он не отводил от неё взгляда. Тай хотел умереть, глядя в эти прекрасные глаза, которые сейчас потемнели от горя. Он видел в них то, о чём мечтал, и оттого умирать было не страшно. Вдруг взгляд Евы изменился. Она замерла, а потом на мгновение закрыла глаза, и Тай услышал решительный выдох. Он не знал, что пришло ей в голову, но почувствовал, как внутри него всё содрогнулось от ужаса, когда увидел непробиваемую уверенность в её распахнутых глазах. С неизвестно откуда взявшимися силами он схватил её за руку, умоляюще гладя ей в глаза. Но решение в них было твердо, как камень. Ева не без усилий высвободила свою руку.

— Нет, — сказала уверенным голосом она и, вытерев слёзы, отстранилась от Тая, — Так не должно быть!