Светлый фон

— Ты...?

— Да, — ответил он на неоконченный вопрос.

— У меня получилось? — её обеспокоенные глаза с мольбой смотрели на него.

— Да, — вновь ответил он.

— Кто?

— А кого ты хочешь? — склонив голову на бок, мужчина внимательно всмотрелся в глубину её глаз.

Ева молчала. Как она могла выбрать?! Ей были дороги оба, и она предпочла бы умереть снова, лишь бы не выбирать. Она отказывалась делать выбор.

Мужчина лукаво улыбнулся и кивнул.

— Что будет дальше? — спросила она.

— Ты знаешь правила, — ответил он и вдруг резко вскинул глаза.

Проследив за его взглядом, Ева увидела в стороне женщину. Её прекрасное лицо обрамляли чёрные волосы, волнами ниспадающие на плечи. Тёмные глаза женщины смело выдержали взгляд Колем. Она перевела их на Еву. В них отразилась глубокая печаль и всеобъемлющая любовь. Почему-то Ева абсолютно точно знала, кто перед ней. И, словно подтверждая, женщина, робко улыбнувшись, кивнула. Её умоляющий взгляд перешёл на Колем.

— Не тебе это решать, — спокойным, но твёрдым голосом ответил он.

Ева, как зачарованная, смотрела в печальные глаза матери. Она понимала, это видение может быть вызвано предсмертной агонией, но не могла оторвать от неё взгляда.

— У тебя своя роль в том мире, важная для моего народа, — обратился к ней Колем, и она повернулась на его голос. — Тебе это ещё пригодится.

Он протянул ей кинжал и встал. Ева подняла на него глаза.

— До встречи, каса, — он повернулся и медленно пошёл прочь.

каса

Ева долго смотрела ему в след, пока его крупная фигура не исчезла за деревьями. Она перевела взгляд туда, где стояла её мать. Но её образ быстро таял, растворяясь в ослепляющей белизне снега. Ева вскочила. Она побежала к матери, но на расстоянии вытянутой руки вдруг замерла. Дикая боль пронзила её. На кофте расползалось кровавое пятно. Она закричала и схватилась за живот. Ева не могла понять, почему всё происходит снова. Превозмогая боль, Ева протянула окровавленную руку к матери. В момент, когда их пальцы должны были соприкоснуться, всё исчезло. Всё, кроме боли. Она была просто адской.

— Ива, — лёгким шёпотом донеслось из ниоткуда, и наступила тишина.

Ева застонала и открыла глаза. Яркий свет ударил в лицо. Она лежала на больничной койке. Солнечный свет бил в окно. Ева пошевелилась. Резкая боль вновь пронзило всё тело. Память вернулась к ней. Ева попыталась подняться и издала стон.