— Нет, товарищ майор.

Майор вытащил из кармана «Ангстрем-ОН», произнес несколько слов. Рация быстро затараторила голосом Альберто и через пару минут замолкла.

— Гектору руку прострелили, — сообщил Сосновский. — И половину сарая гранатой разнесли. А так, Альберто сообщает, что они живы и относительно здоровы. Говорит, что связывался с Диего. Кубинский компаньеро докладывает: американцы опытные и живучие попались. К ним удалось подкрасться сзади и расстрелять, но они успели пару раз огрызнуться. Хосе убили. Когда они шли в обход, в лесу обнаружили американского снайпера. Винтовка в ветвях торчала, ремнем за ветки зацепилась, а он прямо под деревом лежал. Пуля точно между глаз вошла. Я же говорил: Алла профи самого высокого уровня. И на складе пару трупов издалека увидели. Один прямо с окна свесился. Другой на асфальте валялся. Такое впечатление, что с крыши уже подстреленный упал. И оружие там недалеко валялось. Думаю, Алла всех положила, на кого я указал. Сейчас попробую с ней связаться.

Майор поднес рацию к губам:

— «Пиранья», это «Мустанг». Как слышно? Прием.

Сергей Иванович подождал минуту, но никто не откликнулся.

Сосновский нахмурился, в глазах мелькнула тревога.

— Странно, почему она не отвечает? — пробормотал он.

Я замер. Перед глазами сразу встала картинка: американец падает на колено, стреляет из подствольника. Взрыв прозвучавший где-то недалеко. Значит?

«Убили? Не может быть!» — внутри леденящей волной разлился холод, сердце судорожно сжалось от страшного предчувствия. — «Не верю!»

С декабря я успел привязаться к улыбчивой оперативнице. Алла всегда относилась ко мне как к младшему брату, закармливала вкусностями, рассказывала о своей семье, делилась проблемами и мечтами. Только о работе никогда не говорила. И я понимал, почему. Секретность…

«А может, я просто сильно нагнетаю? Она не убита, а ранена или оглушена взрывом?» — в душе вспыхнула робкая надежда.

— Один из американцев стрелял из подствольного гранатомёта. Я сперва подумал — в нас. А вышло куда-то справа, там, где деревья. Вы говорили, что Алла на одном из них устроила позицию. Может её задело, без сознания лежит? — торопливо затараторил я.

— Может, — майор помрачнел ещё больше. — Тогда действуем так. Я с Володей за Аллой. А ты, как договаривались, со старшиной идешь в наш дом. Первыми выходим мы. Через три-четыре минуты, если всё будет тихо, вы. Уходим через черный вход, так безопаснее.

— Как скажете, Сергей Иванович, — кивнул я…

Мы с Иваном честно подождали пять минут, пока Альберто перебинтовывал недовольного Гектора, бурчащего себе под нос ругательства. Из всего потока эмоциональных выражений я уловил только «demonios», «joder», «americanos de mierda»[34].