— Why? — немного растеряно спросил блондин.

— Quickly![44] — я повысил голос и направил винтовку на американцев.

Оба пленника решили не обострять, и бросили рюкзаки на землю.

— What’s your name?[45] — поинтересовался я у темноволосого.

— Томми, — буркнул янки.

— Good. Take three steps back, please, Tommy[46],— попросил я.

Американец отошел.

— Что ты собираешься сделать? Алексей не нужно, — Володя шагнул вперед, но хмурый капитан, ухватил его за локоть и отодвинул в сторону. Он уже всё понял, и мешать мне не собирался.

— And what’s your name? — равнодушно спросил я.

— Сэм. Сэм Пэкстоун, — ответил блондин, напряженно наблюдая за мной.

— Понятно, — я направил на него винтовку. — Go to Hell, Sam Paxstone[47]

— No, — блондин побледнел и отшатнулся назад.

— Yes! — злорадно улыбнулся я, нажимая на спусковой крючок. Короткая очередь отбросила американца назад. Он пару раз дернулся в предсмертной судороге и застыл.

Я опустил винтовку. Расстрел спецназовца удовольствия не доставил. Но на душе стало чуть легче. Эта довольно ухмылявшаяся тварь, взорвавшая Аллу гранатой, землю больше топтать не будет. И никого из наших больше никогда не убьет…

15 апреля. 1979 года. Провинция Гавана. 8.30 утра (окончание)

15 апреля. 1979 года. Провинция Гавана. 8.30 утра (окончание)

— Леша, сейчас не время для споров, — рычал майор. — Надо уходить в Сан-Хосе.

— Уходите, — согласился я. — Но без меня. Мне надо тренера и товарищей выручать. И Аня моя с ними. Прикажете об этом забыть?

— Прикажу! — рявкнул Сосновский. — Нас всего пять человек, вместе с тобою. И то, если заберем Хосе с нами и оставим Гектора одного, караулить пленника в подвале. Что мы можем сделать?

— Многое. Например, сегодня утром — расправились с отрядом «тюленей» и кубинскими предателями. Лопеса с двумя помощниками положили, ещё троих на складе. Из пятнадцати спецназовцев, только один живой остался. А нас всего восемь человек было, не считая Мартинеса.