После очередного извинения из глаз раба полились слёзы. Он запрокинул голову и с нечеловеческой тоской и отчаяньем взвыл. Его убийца умоляла на коленях простить её. Небеса смилостивились?

Кён, стиснув зубы, коснулся затылка парня и перерезал Синергией некоторые жизненно важные нервы, чтобы тот не мучился. Тело бедняги безвольно обмякло и запрокинулось набок, забывшись вечным сном. Прощай, невинная жертва поганой девчонки.

Как бы ни хотелось, но Кён не мог его спасти из-за многочисленных внутренних травм. Будь это его собственное тело, он бы смог как-нибудь выкарабкаться, но оно чужое… Синергия расходуется, перемещаясь по сосудам, тканям, да и на детальное сканирование каждой клеточки ушли бы часы. По крайней мере, бедняга услышал извинения от своего убийцы перед смертью. Возможно, если загробный мир действительно существует, его душа сможет упокоиться.

«Пожалуйста… Не бейте меня, умоляю…» — жалобно прошептала Юнона, совершенно не обращая никакого внимания на умершего и не сводя пристального, плохо скрывающего враждебность взгляда с «хозяина».

Парень пару раз глубоко вздохнул, успокаиваясь, затем резко схватил длинные золотистые волосы Юноны, обернул вокруг ладони и жестоко потянул на себя. С болезненным визгом девушка была грубо поднята вверх и прижата к телу юноши. Его руки обвили её стройное худенькое тело, а ладонь по-хозяйски легла на упругую ягодицу, рефлекторно начав её сжимать и лапать.

Юнона от шока не могла вымолвить ни слова, казалось, она даже дышать перестала.

«Н… Не… Смей… Я… Убью себя…»

Кён пренебрежительно фыркнул, обнял её покрепче и впился губами в тонкую шею. Как бы уродлива ни была её душа, внешне высокородная госпожа просто восхитительно прекрасна… А аромат её тела был приятнее благоухания райских цветов. В общем, на парня она действовала как качественный наркотик с примесью афродизиака.

Девушка в объятьях задёргалась от отвращения. Её словно окатили ведром помоев, настолько это было мерзкое, унизительное чувство. Лицо побелело, словно только выпавший снег, а затем она обмякла в руках своего мучителя, потеряв сознание.

Кён отстранился от сладкой нежной шеи. Слишком быстро отключилась. Так она не испытает всю горесть наказания, придётся повторить, и не раз… Однако при взгляде на её обескровленное личико у парня ёкнуло сердце — из маленького носика прочертила алую дорожку струйка крови. Казалось, прекрасная девушка увядает на глазах, будто дух медленно покидает еще совсем недавно пышущее жизнью юное тело.

{Вот блядь!} — парня ни на шутку испугало самочувствие его жертвы. Она ещё тогда обещала, что убьёт себя, если он поцелует её ещё раз, и, похоже, сдержит своё слово.