Ждали. И ожидание изводило сильнее всего, терзая оголенные нервы. Днем и ночью я возносила поминовения и воодушевляла солдат. Давала обещания им и себе.

Берди, Паулина и Гвинет не отходили от котлов — подстегивали боевой дух вкусной стряпней. И как подстегивали!

А Натия… Мне было, что ей сказать, и я решила отвести ее в лощину на разговор тет-а-тет.

— Взгляни, — указала я перед собой. — Что ты видишь?

— Поле битвы.

Меж склонов я видела фиолетовую карвачи с дрожащими на ветру ленточками. Дихара вращала прялку, со стены лилась песнь Венды, на уступе молилась Морриган. И глаза, огромные глаза мерцали во тьме палатки — глаза Астер, жадно ловящей сказку. Легенду. Великую историю. Прошлое хочет, чтобы мы сражались за этот мир, а я… Я же хочу, чтобы Натия сражалась за свой.

— Однажды ты увидишь здесь иное, — предрекаю я. — Пока что для тебя есть поручение. Оно жизненно важное, и для него тебе не понадобится меч.

Глава восемьдесят пятая

Каден

Мы сидели в шатре изнуренные, измученные, битый час продумывая тактику. Лия терла глаза. Рейф тер кулаки. Главнокомандующий напротив сложил голову на руки. Завтра нам расставлять полки формациями, ведь ждать подкреплений уже некогда. Придется как-то управляться своими силами. Ну и расклад — четверо врагов на одного нашего!

Комизара все не было, дальбрекцев — тоже. Перри предложил ретироваться в столицу. Хоуланд хотя и побрюзжал от души, но все же встал на сторону Лии: не время отступать. Тут у нас есть призрачная надежда на победу, а в Сивике нам однозначно конец.

Было видно, как трудно ей приходится. Я и сам терзался тревогами, да и присутствие Паулины не добавляло спокойствия. Зачем было ехать с нами? У нее в столице сын!

Потому-то она и здесь.

Тут к нам в шатер зашла озадаченная, хмурая Гвинет.

— Там какой-то бугай с жуткой рожей требует Лию.