— Мы готовы, насколько возможно, — нарушил я молчание.

— Знаю, — вновь кивнула она.

Ее взгляд скользнул по призрачным очертаниям развалин, посеребренных луной.

— Прежде они были великими, — вздохнула Лия. — Летали к звездам. Их шепот громом разносился над хребтами. Помнит ли мир, какими они были на самом деле? — Она повернулась ко мне. — И после завтрашнего дня будет ли помнить нас?

А я смотрел на нее, и не заботили меня ни Древние, ни завтрашний день. Пусть хоть сто миров сменятся один другим, мои воспоминания о нас с ней не померкнут ни капли.

Я подался вперед. Приник к ее губам в поцелуе. Нежном. Самом последнем.

Она подняла на меня глаза и ничего не сказала. Никаких слов уже не требовалось.

Трава ущелья колыхалась на ветру волнами. Завтра ее вытопчут. Пожгут. Обагрят кровью. За полночь разведчики донесли, что войско Комизара подойдет сюда к утру.

«Коронованный и побежденный,

Язык и меч,

Вместе грянут они внезапно,

Как ослепительные звезды,

сброшенные с небес.

— Песнь Венды

Глава восемьдесят седьмая

Лия