Олеандру, конечно, досталось больше всех. «И поделом», — подумал Гексахир. Мон-кей опрокинулся на спину, корчась от боли, и его демоническая любовница упала вместе с ним. Она вопила и билась на полу, частота волны Гексахира смешивалась с ее собственной. Ее тело словно пошло помехами, когда она попыталась встать. Гексахир отпихнул Диомону и двинулся на существо, выпустив еще один импульс из своего частотного глушителя. Ее крики перешли в звериный вой.

Формы демона были отвратительно женственными, за исключением тех звериных черт, которые говорили о ее происхождении. Гексахир наклонился и сгреб девушку за волосы, откинув голову назад. На мгновение он замер. Это лицо…

Не отпуская волос, он повернулся к Диомоне:

— Тащи удерживающий контейнер. Быстро!

Он снова развернулся к существу, разглядывая поразительно знакомые черты, этот слабый отголосок другого лица из другого времени. Гексахир наклонился ближе:

— Я не знаю, что ты такое, но думаю, что скоро выясню.

Глава 21. ЭВАКУАЦИЯ

Глава 21. ЭВАКУАЦИЯ

Оглядев полдюжины гололитических фигур вокруг себя, Фабий печально вздохнул. На зов откликнулось меньше, чем он надеялся, но больше, чем боялся.

— Я не стал бы вас беспокоить, братья, если бы не чрезвычайная срочность… — начал он. Его прервал хриплый смех. Фабий дождался, пока смех утихнет. — Если вы закончили, то время сейчас — это главное.

— Твое время, ты хотел сказать, — перебила одна из фигур.

— Мое, да. И, как следствие, твое тоже, Волюп. — Фабий ткнул пальцем в существо — шумового десантника поколением помладше, не из оригинальных какофонов. — Без меня ваши банды через несколько десятилетий превратятся в ничто.

— Есть и другие апотекарии, — возразила еще одна фигура голосом, больше похожим на грубый механический рык. — Тебе ли не знать, ты ведь говорил, что обучил многих.

Фабий повернулся к говорившему:

— И сколько из них готовы иметь с вами дело, Вилий? Учитывая вашу репутацию, полагаю, что немногие. — Он пренебрежительно отмахнулся. — Кроме того, тем, кого учил я, грозит опасность не меньше, чем мне, а то и больше.

— В каком смысле? — раздался грассирующий голос. Фабий взглянул на яркую фигуру, разодетую в шелка и перья поверх сильно модифицированного, облегающего боевого доспеха. Он узнал пресловутого второго сластолюбца из бандформирования, известного как Царапающие Когти.