Это радостное сообщение постепенно доходило до него. И, когда дошло, то он не выдержал, дождался перерыва в рассуждениях командующего, чтобы не перебивать его, встал и спросил с придыханием от волнения:

— А когда мы можем отправиться в отпуск?

Командующий вначале опешил от такого вопроса. Ведь он говорил о важных вещах, которые касались всех ополченцев.

Но потом, видимо сообразив что — то, заулыбавшись, сказал:

— Как только я закончу поздравлять вас с окончанием операции. Хотя, я сказал уже все, что хотел. Поэтому Вы втроем свободны на неделю от выполнения своих непосредственных обязанностей. А затем на службу. Дела не ждут. Счастливо отдохнуть, ребята!

***

Сказать, что Мурат быстро двигался к своей любимой, значит не сказать ровно ничего. Он летел, в переносном, конечно, смысле на крыльях любви.

Ох! Как он соскучился!

А ведь прошло всего — ничего времени, когда они расстались. Вот, что значит первая любовь!

Буквально через несколько минут он оказался в госпитале. Взлетел по лестнице одним махом на второй этаж. И… Его ожидало сообщение, что Людмила приболела и находится дома.

Не раздумывая ни минуты, он метнулся домой.

По дороге заскочил в магазин и по карточкам набрал разных продуктов. И, конечно же, бутылочку вина.

Со всем этим богатством он и ворвался в квартиру.

Люда спала в спальне на кровати. Лицо ее было бледным. Под глазами темные круги.

Мурат только мельком окинул взглядом все эти безобразия и прильнул губами к губам любимой.

Она вздрогнула. И открыла глаза.

Он собрался продолжить поцелуи вечность.

Но ее реакция удивила его.

Людмила резко отстранилась, как могла, от него. И даже руками уперлась в его грудь, отталкивая Мурата от себя.

— Не понял? — Без всякого возмущения, но удивленно спросил Мурат.