— Спасибо- прошептал я.

А теперь нужно уносить отсюда ноги, так как слышал голоса бойцов, оставшихся на улице. Я аккуратно снял бесчувственного Толика, и, сжав зубы, подтащил его к стенке. Мечом, вырубил проем, вытащил парнишу на улицу и стал оттаскивать его как можно дальше от места нашего плена. Сдается мне, что далеко нам в таком виде не уйти. Если на мне была рубаха, то на Толике только штаны, а рана на груди продолжала кровоточить. Я снял свою рубаху и одел на Толика, аккуратно прикладывая отрезанную кожу на место. И в какую сторону идти? Я судорожно оглядывался, пытаясь определить направление.

Боль в голове возобновила свои барабанные постукивания, но я старался не обращать на неё внимания. Ведь скоро и без башки и без жизни можно остаться, а пока мы живы- я буду идти. Мною двигало желание спасти парня, о себе я почему-то не думал. Мысли начали путаться, а в глазах двоиться, к горлу подступила тошнота, и меня вырвало на белый снег кровью. Плохо, очень плохо. Не думать об этом! Вперед!

Я тащил Толика до изнеможения, пока моя раненая нога не сложилась под моим весом, словно сломанная ветка. А вот теперь нам точно конец.

Я лежал на спине, смотря на две луны. Неужели это последнее, что я увижу в последние минуты своей жизни. Говорят, что перед смертью должны быть какие-то кадры твоей жизни, и я приготовился смотреть, закрывая глаза. Я буду смотреть без грусти и сожалений, хочу посмотреть на лица дорогих мне людей и напоследок улыбнуться и молча сказать им, что я их люблю. И успеть прошептать, что всегда буду рядом, даже после смерти, и буду оберегать их. Но время шло, но ничего, кроме летающих мушек не было. Жалко, не хочу умирать в полной темноте.

Рука дернулась, отозвавшись на боль в ладони. Я потрогал шрам, который пульсировал и был на ощупь горячим. Значит, выход все- таки есть. Но какой? Думай, Рома, думай. В голове всплыла картинка красивых Дориных глаз, смотрящих на меня немигающим взглядом.

Хватит ли у меня сил позвать её? Я глубоко вдохнул и завыл. Наверно больше от безысходности, нежели надеясь на помощь. Мой вой поднялся куда-то вверх и растворился в морозном воздухе. И тишина.

Надежда постепенно таяла и я решил снова ползти. Тянул Толика до тех пор, пока в голове что-то не вспыхнуло, я застонал и обессиленный рухнул в снег. Вот теперь точно всё.

Я даже смирился с неизбежным, мне казалось, что мои эмоции замерзли вместе с телом.

Прости Кора, я не смог выполнить своего обещания. Вспомнил Милу и ее губы, и ее беззвучное- «Я буду ждать»

Прости, девочка, но мы больше не увидимся, я не прижму тебя и не вдохну запах твоих волос. Ты главное будь счастлива, ведь заслужила быть счастливой.