— Так, ничего, — выдавила она. — Настроение странное, вот и все.

— Пойдем, — бросила Абби. — Мне нужно выпить.

«Итак, — размышляла Винтер, пока они поднимались но лестнице, — я — женщина, которая притворяется мужчиной, который притворяется женщиной. Во всяком случае, так считает Маркус».

При одной мысли об этом ее разбирал смех. Янус, наверное, так все и задумал. Винтер до сих пор не смогла понять, почему он отправил ее именно к Джейн, разве только чтобы выполнить условие, которое она выдвинула тогда в Хандаре.

«Ох, сомневаюсь…»

Не потому, что Янус из породы людей, не способных держать слово; но Винтер была прочно уверена: он непременно устроил все так, чтобы извлечь какую-то выгоду для себя лично.

«Может, я попросту недостаточно хитроумна, чтобы понять, в чем эта выгода? Впрочем, было бы гораздо легче, если бы я знала, что ему нужно».

На первом этаже их настиг непонятный шум. Вначале она решила, что Вендр опять атакуют и сейчас полным ходом идет рукопашная. Толпа, наводнившая внутренний двор, внезапно взорвалась общим оглушительным ревом, который, казалось, сотрясал замок до основания.

— Что там еще такое? — пробормотала Абби.

— Понятия не имею, — отозвалась Винтер. — Давай выясним.

* * *

Так и осталось тайной, кто первым доставил в Вендр известия из Онлея — слух как будто сам собой вырвался на волю из плена человеческих уст и улетел на призрачных крыльях.

Всякий рассказ, который повторяют так часто, обречен исказиться и исковеркаться, пока дойдет до последнего слушателя, — и потому изначальная, сама по себе ошеломляющая весть неизбежно обросла сотнями слухов помельче. Неизменными во всех рассказах оставались только две детали: король Фарус Орбоан VIII умер, и на трон взошла королева Расиния Орбоан. И первым своим указом объявила о созыве Генеральных штатов, которые соберутся в Кафедральном соборе Истинной церкви.

Во всем прочем повествования расходились, и расхождения эти зависели от того, что испытывал рассказчик — безудержный восторг или глубочайшее уныние. Среднего в этот вечер было, судя по всему, не дано. Толпа так и не пришла к общему мнению о том, что же стало с Последним Герцогом, но все с упоением повторяли кружившие среди бунтовщиков слухи.

Орланко мертв, убит на поединке графом Тораном после того, как бросил вызов королеве.

Орланко был посажен под арест в одной из камер его собственного министерства и то ли покончил с собой, не вынеся позора, то ли подвергается пыткам с помощью им же введенных приспособлений.

Орланко исчез, бежал к себе в сельские поместья или вовсе покинул страну, чтобы на свои неправедные доходы вести роскошную жизнь в Хамвелте или Виадре.