«Черт возьми, Джейн права — у нас слишком много тайн!»

— Да, уверена. И про тебя я ему ничего не сказала.

— Ладно. — Винтер, сдаваясь, тряхнула головой. — Попробуй дать ему понять, что я все знаю. Так нам будет попроще.

— Верно. — Бобби вздохнула — едва слышно, но с явным облегчением. — Господи, я так беспокоилась, что ты скажешь.

— Не мне тебя осуждать, — отозвалась Винтер.

Джейн снова рассмеялась.

— Никак не могу понять, кто ты в этой пьеске — мать или отец? А может, то и другое?

Винтер невольно хихикнула, и это немного разрядило обстановку. Поудобней устроившись на подушке, она сказала:

— Знаешь, Бобби тоже когда-то жила у миссис Уилмор. Думаю, она сбежала оттуда как раз перед тем, как ты вернулась.

— Вернулась?! — воскликнула Бобби. — В жизни бы не подумала, что кто-то может вернуться в «тюрьму» по доброй воле.

— Мне пришлось долго собираться с духом, — призналась Джейн.

— И она вывела оттуда всех девушек! — прибавила Винтер. — Прямо перед носом у старой карги!

Джейн заметно смутилась.

— Что-то в этом роде, — пробормотала она.

— Ух ты! — Бобби воззрилась на нее с обожанием. — Как тебе удалось?

— Да там и рассказывать особо не о чем, — отмахнулась Джейн. — Все самое интересное было потом.

Уютно устроившись на подушке, Винтер слушала, как Джейн повествует о приключениях ее команды после исхода из «тюрьмы» — как они выживали на болотах, как потом обосновались в Доках с Кожанами. Когда она перешла к изрядно приукрашенному описанию подвигов Винтер при штурме Вендра, Бобби уже с восторгом хлопала в ладоши. Затем и сама Винтер внесла лепту в разговор, поведав о боях в Хандаре, и Бобби приправляла ее рассказы душераздирающими подробностями. Никто и не заметил, как совсем стемнело, и теперь сквозь брезентовые стены палатки смутно просвечивали горящие снаружи факелы.

Единственный во всей беседе неловкий момент возник, когда Бобби описывала, что произошло после того, как полк покинул Эш-Катарион. Ее и Фолсома — поскольку Фиц стремился восполнить нехватку младшего офицерского состава — произвели в сержанты, а Графф благодаря многолетнему армейскому опыту, как ни отбивался, стал лейтенантом. Последней в их тесном кружке была Феор, и, когда речь зашла о ней, Бобби замялась.

— Феор была с нами на корабле, — сказала она. — Я даже видела ее мельком, раз или два. Только, мне кажется, Фиц держал ее под стражей. Была там пара кают, куда никого не допускали, а у дверей каждую вахту сменялись часовые, — и в одной из них жила Феор. А потом нас разместили в шлюпках, и больше я ее не встречала.