Другая забота, беспокоившая Винтер, разрешилась днем раньше, когда на учебном поле появилась Абби. О деле, ради которого отлучалась, она распространяться не пожелала, сказала только, что отец жив и благополучен.

— Трусливый старый пень, — прибавила она и более не произнесла ни слова.

Сейчас Абби прохаживалась взад-вперед вдоль колонны, перебрасывалась с девушками парой слов, улыбалась и излучала бодрую уверенность. Именно то, что нужно, думала Винтер. Судя по лицам остальных, все они задавали себе один и тот же вопрос: «Во что это, черт возьми, я вляпалась?» Они нагоняли подруг, жарко перешептывались, шагая рядом, и опасливо посматривали на Джейн, шедшую впереди, или оглядывались на Винтер. И все-таки ни одна из них не покинула строй.

Абби замедлила шаг и, постепенно отстав, поравнялась с Винтер. Вид у нее был обеспокоенный.

— Передали из головы колонны, — сказала она. Любая весть на марше разносилась по всему войску со скоростью искры, бегущей по пороховой дорожке. — Мы сворачиваем с тракта. Зададим Жару выводит остальных всадников вперед.

Новобранцы, подражая ветеранам, приноровились называть командира кавалеристов по прозвищу.

— Значит, Орланко близко, — произнесла Винтер. И, запрокинув голову, глянула на солнце, стоявшее почти в зените. Бой будет сегодня. Может быть, завтра, но скорее всего, сегодня. Орланко не может позволить себе выжидать, а у нас в обрез припасов.

Верно. Сегодня. — Абби судорожно сглотнула. Рука ее цепко сжимала приклад мушкета, дуло покоилось на плече. — Думаешь, мы победим?

— Думать — не наше дело, — ответила Винтер. — Мы вступили в армию, а стало быть, дали согласие драться там и тогда, где и когда сочтут нужным полковник Вальних и другие офицеры. Будем ли мы драться вообще, решать им, а мы должны положиться на их решение. Позволить каждому рядовому задумываться об этом самостоятельно — первый шаг к поражению.

— Верно, — повторила Абби. — Верно.

И спросила, глядя на спины идущих впереди девушек:

— Как полагаешь, они справятся?

Винтер кивнула.

— Полагаю, да. И все остальные тоже.

— Хорошо. — Абби глубоко втянула воздух и медленно выдохнула. — Хорошо.

Неужели она тоже так нервничала перед первым боем? «Вполне вероятно, и я так тряслась от страха, что этого не сознавала».

Впереди тракт поворачивал налево, но лейтенант в синем мундире уже направлял колонну вправо. Они проломились через узкую полосу деревьев, затем протопали по капустному полю, проложив грязно-бурую тропу поперек ровных гряд со зреющим урожаем. Дорогу сюда преграждала низкая каменная стена сухой кладки, но головной батальон разобрал камни, оставив широкий проход для повозок и орудий. По ту сторону ноля невысокий холм полого поднимался к травянистому гребню, на котором мирно паслись несколько дойных коров, безразлично взирая на непрошеных гостей.