– Не знаю, – ответила она. – Не таким, какой ты есть сейчас, но и не Шесть Путем тоже. Чем-то непригодным – для меня и для Тейкскалаана.

Тем не менее она считала «пригодным» уничтожить целую планету для того, чтобы, может быть, остановить войну. Восемь Антидот не понимал этого. Он радовался тому, что не призрак, не какое-то половинчатое существо, наполовину предок, наполовину он сам, объединенное в одно целое. Радовался, потому что был самим собой, но не хотел понимать, как Девятнадцать Тесло могла убить своего друга, чтобы спасти ребенка, и уничтожить планету, возможно, просто ради того, чтобы уничтожить.

– Я не он, – сказал он. – Я не Шесть Путь.

– Ты не он, – сказала Одиннадцать Тесло. – Ты – императорский наследник Восемь Антидот, ни больше ни меньше.

– Вы позволили мне быть самим собой, – сказал он, чтобы не оставалось сомнений.

– Я дала тебе такую возможность, когда ее могли отнять у тебя, да.

– Значит, я – это я, и я считаю, что вы ошибаетесь, Ваше Великолепие. Вы ошибаетесь, воплощая идею Три Азимут. Это не мой Тейкскалаан. Это Тейкскалаан, который строите вы.

Каким-то образом он вдруг обнаружил, что может встать, повернуться спиной к императору и, расправив плечи, выйти из ее покоев, оставив нетронутый завтрак.

* * *

– Огонь по этому кораблю, – сказала Девять Гибискус с хрупкой решимостью, сопровождающей ошибочный выбор, который тем не менее ощущался более приемлемым, чем совсем никакой. Ей был знаком такой образ мышления. Она думала, что выросла из него задолго до того, как стала капитаном Флота. Такое мышление уничтожало возможности, разбалансировало миры. Двадцать Цикада был бы разочарован.

Двадцать Цикады здесь не было.

– Не делайте этого, – сказала Махит Дзмаре, на ее лице появилась гримаса, непонятное выражение скорби, или злости, или какой-то иной варварской эмоции, не имевшей никакого смысла. – Яотлек, пожалуйста, не надо! Дарц Тарац – одна шестая нашего правительства, пожалуйста!

Такая простая просьба, но она, Девять Гибискус, должна в этой просьбе отказать. Компрометация министерства информации агентами Лсела, насаждение опасений станциосельников в то, что должно оставаться делом Флота, – все, о чем предупреждала ее Шестнадцать Мунрайз, явно так и было и обеспечивалось присутствием этого варвара в его маленьком корабле и требованием разговора с послом Дзмаре. И эта самая Дзмаре собственной персоной просит сохранить жизнь какого-то члена ее правительства.

– Отставить, – сказала Девять Гибискус офицеру-оружейнику Пять Чертополоху, который уже держал на мушке маленький корабль, доставивший сюда этого Дарца Тараца. – Почему я не должна стрелять, посол? Этот корабль будет не первым лселским кораблем, попавшим в перекрестье прицела нынешней войны.