Они оба в сомнении посмотрели на софу.

— И что? — робко спросила Клава.

Сосредоточенно нахмурившись, Флавиан сперва расстегнул свой браслет коммуникатора на запястье, снял с шеи медальон инкуба, положил всё на тумбочку. Затем проделал то же самое с Клавой, пробормотав:

— Это нам пока не понадобится, мы же не собираемся тянуть друг из друга энергию.

Потом снял с нее кофту и стянул через голову платье, оставив снова в неглиже. И Клава сразу немного застеснялась, прикрылась ладошками.

— Ложись, — велел он, кивнув на постель.

— Ага, — согласилась она. Забралась на софу, закуталась по уши одеялом. Нагнулась над букетом, рискуя свалиться, но уж очень хотелось понюхать цветы.

Флаф же ушел в кухонный угол своей съемной однушки, собрал на сервировочный поднос то, что нашел в холодильнике и на плите в сковородке под крышкой: мягкий хлеб с хрустящей корочкой, котлетки на тарелку — слегка подгоревшие местами, видимо он очень торопился, когда забегал сюда, чтобы переодеться. Какие-то фрукты типа абрикосов и винограда сложил в симпатичную сухарницу, спутав ее с вазой для фруктов. Разлил по чашкам остывший кофе и по бокалам розовое игристое вино. Всё это на подносе с осторожностью донес до софы и водрузил на одеяло у Клавиных ног, сам сел с краешка.

— Ужин в постель! — объявил он, ожидая, что она как минимум поднимет его на смех.

Клава шмыгнула носом. Ей показалось это ужасно романтичным и безумно милым. Стараясь удержаться и не пустить растроганную слезу, она взяла бокал с вином. Флавиан неуверенно улыбнулся и тоже поднял бокал. Они звонко чокнулись и отпили по глотку.

— Ты всё это успел… — произнесла Клава, стесняясь смотреть ему в глаза.

— Сразу, как проводил тебя домой, — кивнул он. — Вдруг подумал, что тебе будет приятно, если я приглашу тебя к себе. Ну, и надо было как-то…

— Создать атмосферу, — кивнула она. — Спасибо.

— Всё остыло, наверное, стало невкусно. — Флаф указал на котлеты.

— Хлеб можно есть холодным, — хихикнула Клава. — Я правда проголодалась, так что не откажусь от романтического перекуса. Я, кстати, тоже приготовила ужин, думала почему-то, что ты зайдешь.

Она, отринув неуместную стеснительность, принялась за импровизированные гамбургеры из котлеты и двух кусков хлеба.

— А ты почему не ешь? — жуя за обе щеки, спросила у Флафа.

Тот как будто задумался о чем-то. Для храбрости еще глотнул вина:

— Что-то аппетита нет, не хочу.

— Ага! Подгоревшие он не хочет, видите ли! — хрюкнула она. И тут же забеспокоилась: — А у тебя не поднимается температура? Вдруг простудился, пока в мокрой одежде шастал по улицам? Ты смотри! Если у парней пропадает аппетит, это однозначно не здорово! Кстати, подогрей-ка чайник, я кофе по ночам не пью, тем более холодный.