– Да, – наконец сказала я, не придумав ответа получше. Радоваться похвале сенатора казалось неуместным, а не ответить на комплимент было невежливо.

– Вы, должно быть, гордитесь своей ученицей, – сказал Янсен Вонвальту. – Полагаю, не у всякого хватит смелости для опасной стороны вашей профессии.

– Верно, – сказал Вонвальт.

Я посмотрела на него, но сэр Конрад не встретился со мной взглядом. Не знаю, какой реакции я от него ждала. Фехтование составляло часть нашей учебной программы, и он с Брессинджером изредка устраивали мне тренировочные бои – хотя это скорее делалось для того, чтобы они могли поддерживать форму, а не для того, чтобы научить меня. Тем не менее я думала, что Вонвальт порадуется моему успеху, ведь тот отчасти был его заслугой. Он мог гордиться мной хотя бы за то, что я смогла защитить себя. Нема тому свидетель, Вонвальт испытал огромное облегчение, когда увидел, что я выжила.

Оглядываясь назад, я думаю, он был недоволен тем, что мне вообще пришлось защищаться и пойти на такое, а еще стыдился того, что предложил мне смерть – пусть даже быструю и милосердную. Однако тогда я расстроилась, что он не похвалил меня.

Янсен тоже был заметно озадачен.

– Мой опыт подсказывает, что через подобное лучше пройти пораньше в жизни, – с наигранной беззаботностью продолжал он. – Как раньше поступали в Ложе? Отводили новопосвященных Ордена в дворцовую тюрьму и заставляли отрубать головы приговоренным?

Вонвальт шумно втянул носом воздух.

– В первый раз головы рубили животным.

Этот разговор не могли спасти даже талантливые старания Янсена его поддержать. Мы погрузились в молчание, и я уже пожалела, что сенатор предложил пойти с нами, потому что с этого момента мы шли в неловкой тишине.

Барон Хангмар и мэр уже были на месте и ждали нас в большом зале. В нем стояла ощутимо мрачная атмосфера, и, хотя накрытый для высокопоставленных господ стол ломился от блюд, больше всего этот пир походил на тризну.

– Правосудие, сенатор, – взволнованно сказал Саутер. Он жестом указал на стоявшие вокруг стола стулья. – Пожалуйста, проходите, угощайтесь едой и вином.

Мы подошли к столу. Я подняла одну из стоявших передо мной тарелок, положила на нее кусок пирога с олениной и наполнила мой кубок вином из одного из кувшинов, стоявших на столе. Я увидела, что Янсен поступил так же, но Вонвальт не прикоснулся к еде.

– Городской врач сообщил мне окончательное число погибших, – сказал барон Хангмар. Он был высоким, могучего телосложения, с густыми светлыми волосами и коротко остриженной светлой бородой. Я мельком видела его на улице сразу после битвы; его латные доспехи были такими же черными, как у Вестенхольца, а сюрко – белым, с вышитой на нем алой головой быка.