Я подогнала свою лошадь, пока она не затрусила рядом с Винченто.

– Где он? – спросила я Вонвальта. Мне пришлось повысить голос, чтобы перекричать дождь.

– В Оссике, – просто ответил он. Вонвальт был мрачен и выглядел неопрятно, что было для него нетипично. Его черная борода спуталась, став похожей на птичье гнездо, а длинные волосы от влажности стали грязными и слиплись в сосульки.

Я попыталась подобрать правильные слова.

– Его нельзя…

– Я знаю, Хелена, – ответил Вонвальт.

Мы продолжили путь. Я снова подогнала лошадь, чтобы она поравнялась с Вонвальтом.

– Присяжные не…

– Я знаю, Хелена.

Его лицо ничего не выражало.

– Тогда зачем мы…

– Достаточно. Ты уже все поняла, несмотря на мои усилия. Мне стоило догадаться, что так и будет. Ты не станешь в этом участвовать. Мы лишь немного отклонились от пути и скоро поедем дальше на юг. Нам нужны сведения.

– Только сведения? – не унималась я.

Вонвальт не ответил.

– Вы же говорите об…

– Я сказал достаточно, – рявкнул он. – Я не желаю обсуждать это с тобой.

Я умолкла, одновременно уязвленная и обеспокоенная, и вернулась на свое место в процессии.

Мы двигались дальше до самого конца дня, пока солнце медленно садилось. Сумерки подкрались к нам поздно вечером. Однако на горизонте, подобно маякам, уже сияли огни сторожевых башен Оссики – еще одного крупного торгового города, соединенного с Долиной Гейл той же широкой глубокой рекой.

Мы добрались до города уже поздней ночью, и лишь благодаря влиянию Вонвальта нам позволили войти в главные ворота. Когда мы поскакали по булыжным улицам, я ощутила, как стражники провожают нас взглядами. Казалось, что они чувствуют, зачем мы здесь.