Через камеры беспилотных разведчиков, что кружили под низкими тучами, затаив дыхание, маршал Жуков и офицеры штаба, следили за стремительным приближением полчищ пришельцев. Оборона выстроена «лесенкой», так, если бы фигуры «Слонов» на шахматной доске расставить по диагонали, чтобы фланкирующий огонь тяжёлого оружия простреливал улицы чуть ли не от начала до конца. Задумка была хорошей — пулями, минами, снарядами, ракетами, гранатами, всем, что только может нести смерть захватчикам, заставить пришельцев загнуть фланг своей орды. Изменить направление наступления, загнать их в тесные улицы, зажатые пиками небоскрёбов, а потом…

Эволэки, практически беззащитные, если считать число стволов и запасы патронов, оказались в самом дальнем углу «шахматной доски», и первыми приняли удар. И военные невольно напрягались, глядя из безопасного (пока!) далека, как вырвавшиеся на простор южной части Московии твари оседлал проспект Первого Мая и всесокрушающим потоком устремились вперёд. Казалось, что ряды восковых фигур замерли поперёк широкого рукотворного ущелья, хиленькая плотина, не способная даже приостановить бег кровожадных пришельцев. В помещении штаба повисла оглушительная тишина, нарушаемая только резкими сигналами средств связи, на вызовы которых в эту страшную минуту никто не обращал никакого внимания. Все замерли в жутком испуге. Не устоят! Их просто сметут! Как могут несколько сотен бойцов, большинство из которых женщины и девушки, сдержать этот девятый вал?! Но…

Орда молотоголовых, почуяв стремительное нарастание напряжения в эфире, чуть сбавила бег. Маленькое сомнение, едва заметная трещинка в самоуверенности, в коллективном осознании собственной силы, даже непобедимости, и Диолея даёт команду.

Бей гадов!!!

Сотни напружиненных эфирных тел слитно рванулись в яростную атаку, и первые ряды чудовищ, словно взбесившись, бросились на своих сородичей. Голова атакующей колонны вмиг споткнулась, пошла кувырком в безобразном хаосе вспыхнувшей кровавой драки. Хвосты рубили тела товарищей, страшные пасти рвали головы и шеи, летели во все стороны вырванные из поджарых животов кишки, ударили фонтаны крови.

Сорвавшиеся с цепи эволэки, утонув в Реке Сражения, бросались в бой, как одержимые. Связанные единым полем, они видели своих товарищей и подруг, знали каждое их действие. Каждый удар соратника, каждая победа, каждая капля чудовищной боли поверженного врага, что их души вбирали в себя целиком, без остатка, всё слилось в свой океан уничтожения и смерти. Безошибочно и беспощадно, они вязали своей силой сознание очередной жертвы, и бросали в кровавую драку на ещё свободного от невидимых пут пришельца, и пошла резня…