Бойцы и слабые эмпаты, выжавшие себя до капли в ментальных атаках, ощетинились во все стороны стволами, свинцом прокладывая дорогу. Мирра, Диолея, Лассава и Нариола шагали в первой шеренге, Лис в последней, следя за тем, чтобы никто из смертельно уставших соратников не отстал. Над странным воинством всё так же гордо реял флаг, вселяя в души уверенность и гордость за совершённый подвиг. Враг не прошёл, не упал стяг, не втоптали в кровавый снег лапы чудовищ Вечный Цветок!

Но, это была только их победа, маленькая, очень важная, один из кирпичиков, из которых и сложилась надёжная стена. Там, за широкой гладью вскрытой ледоколами реки, невообразимое число людей, целый город, получили шанс вырваться из кровавого ада. Это и была их цель, их боевая задача, и они всё сделали: выстояли, выдержали, не побежали. Но надо отходить.

По параллельным улицам, освещая дорогу фарами и прожекторами, пробиваясь сквозь засады и стычки, двигались сильно поредевшие войска. Маршал принял единственно правильное решение — спрямить линию фронта, ведь успех, что в обороне, что в наступлении, зависит в немалой степени от плотности огневых средств и живой силы. Если есть высокая плотность, то можно или остановить врага, или, наоборот, прорвать его оборону. Если нет войск в достатке, то будет поражение — хоть защищайся, хоть наступай, а итог один…

У Лиса кружилась голова, но он старался, как мог, помогать стрелкам, поливая раскалённым дождём тварей, если у тех только хватало мужества приблизиться. Но, к счастью, таковых было немного, хотя улицы, здания, подземелья техногенного панциря, сковавшего землю, были полны опасностей. Эволэки устроили врагу хорошее кровопускание, и пришельцы держались в сторонке, сами убирались с пути. Особо непонятливых останавливали пули, с небольшими стаями прекрасно расправлялись зенитчики, просто сметая с мостовых атакующих, превращая целые этажи зданий в кровавое месиво из ошмётков плоти, обломков мебели, клочков тканей.

Военный лидер поторапливал своих подруг и товарищей, и, превозмогая усталость, эволэки нестройной, но плотной колонной трусцой бежали вперёд — потери были, но только у прикрытия из спецназа, да и то терпимые. Понимая, что большинство соратников просто не смогут применить свои способности ещё раз, Элан жаждал только одного — как можно скорее достичь мостов через реку. Они действительно сделали всё, что могли, и, хрипя, спотыкаясь и падая, поднимаясь на ноги, подхватывая под руки обессиленных друзей, бежали вперёд, надеясь успеть, но не успели…

Невиданная даже в самые пышные праздники канонада стихла, съёжилась испуганно, когда в самом сердце города громыхнули невероятной силы взрывы, выбросив из-под четырёх высоченных небоскрёбов столбы пламени. Зарево выхватило гордых исполинов целиком, до высоких шпилей, дрогнули, рассыпаясь на мириады смертоносных осколков, тысячи стёкол, и к земле посыпался настоящий дождь острого кварца.