Снаружи гремит взрыв, с оглушительным шумом падают камни – это рухнула стена.

– Одна из наших крепостных стен не устояла. Не зря я предупреждал тебя об опасности метательных оружий. Завтра я соберу отряд и попытаюсь совершить с ним вылазку, чтобы их уничтожить.

Второй взрыв свидетельствует, что метательные орудия продолжают свою разрушительную работу и что осаждающее войско сумело пробить в крепостной стене новую брешь.

Гийом хватает Эврара за плечи и пристально смотрит ему в глаза.

– Брат, в случае моей смерти ты должен прийти сюда. Ты, один ты должен будешь спасти пророчество.

Он вручает Эврару огромный ключ от дверного замка и ключ поменьше – от запорного механизма сундука.

– Почему я?

– Потому что никто не заподозрит, что такая огромная ценность доверена семнадцатилетнему юнцу.

65

65

В дверь кабинки стучат. Стук прерывает медитацию Рене. Кто-то бранит его на иврите.

Волей-неволей Рене приходится вернуться к реальности.

Неудобство бомбоубежища в том, что для такой кучи людей здесь не хватает туалетов. Чудо, что меня так долго не беспокоили.

Он на всякий случай спускает воду и покидает кабинку, бормоча по-английски извинения.

Остается одно – растянуться на своей раскладушке.

На часах полночь. Большинство людей в убежище уже улеглись. Александр храпит, Мелисса тоже спит, но тихо.

Рене пишет в своем смартфоне: «Эврар Андрие. Сен-Жан-д’Акр. 14 апреля 1291 г.». Запустив графическое приложение, он рисует план цитадели (вернее, того, что успел рассмотреть, пока шел из кухни в зал, а потом по подземелью в комнату, где хранился кодекс).

Появляется мысль: НАДО ПОБЫВАТЬ В СЕН-ЖАН Д’АКР.