На этом месте своих, совершенно уже отвлеченных от приема размышлений, я понял, что пора бы пить заканчивать, а то сладкое винище, заходящее как компотик, что-то начало растревоживать не те помыслы.

К этому моменту «петушок» со своими «курочками» уже отчалил из зала, а вниманию достопочтенной публики было предложено фаер шоу.

Но и тут без полуголых девиц дело не обошлось. И эти, если честно, одеты были еще меньше, чем «курочки» — штанишки с разрезами, голые животики и расшитые бисером лифчики. Вуали их, ничего не скрывающие вовсе, за одежду можно было не считать вообще. Так что опять на единственного среди них мужика, хоть он-то и показывал фокусы с огнем, опять смотрели гораздо меньше.

Хотя… если обратить внимание на тех дам за столами, что были постарше, то они-то как раз разглядывали именно фаермена. Поскольку он тоже был одет весьма условно и огонь, которым он играл, очень колоритно отражался на его гладком, то ли потливом, то ли намасленном, мускулистом теле.

Так что по завершению фаер шоу вдохновлены… во вполне определенном смысле… были все: мужики сразу же потянулись за кубками, а краснощекие дамы заработали веерами так, что показалось, где-то недалеко врубили мощный сплит.

Затем на площадку вышла труппа шутов. Эти все поголовно были мужиками… даже те, что явились в платьях… при этом женщин изображали нормальные по росту товарищи, а в мужские шмотки вырядились карлики.

В общем, компания была — так себе, на мой взгляд. Шутки юмора их сводились к поджопникам, подзатыльникам и задиранию юбок. А верхом веселья служили хватания за выпирающие, чуть не с руку величиной, нахерачники друг друга. Пресловутые колокольчики, естественно, присутствовали и на их одежде, сопровождая все дерганья заливистым перезвоном.

Но что б я понимал в средневековых развлечениях?!

Уже обожравшиеся и пьяные, взбудораженные нескромными плясками полуголых танцоров, раскрасневшиеся и блестящие азартно глазами местные господа были в полном восторге! С удивлением понял, что к их числу можно добавить и Мара с Дрежом. Да и магистр похрюкивал на такие шуточки в свой рукавок.

Нам с Крисом, чтоб не выбиваться кислыми мордуленциями из общего настроения, оставалось только прикалываться, если не над тем, что происходило на «сцене», то хотя бы над реакцией на шоу окружающих.

А по завершению этого шедевра местной поп-культуры начались танцы.

Бал первой парой открывали его светлость с нашей княжной. Блестящий и бренчащий толстяк-герцог был мерзок и смешон, что в своем заглядывании в глаза юной красавице, что в дрыгании ногами. А Джена, как ни удивительно, в своей отстраненности, казалась еще более прелестной и какой-то удивительно хрупкой.