Хелдор кое-как сумел выпростать левую руку из захвата противника и бросил алебарду. Руки все равно было не поднять, и Хелдор невольно поморщился, понимая, какой грязный прием ему сейчас придется совершить. Он дернулся всем телом и схватил противника за чресла стальной перчаткой. Рослый горец взвизгнул от боли, и отпустил Хелдора. Тот тут же развернул и проткнул его горло когтями на наруче. Юноша швырнул смертельно раненного недруга назад, за парапет, и, выхватив из-за пояса меч, встал перед лестницей. Оборонительная линия была восстановлена, теперь штурмующие вновь отчаянно и бесплодно лезли на стены, надеясь поразить своих врагов.

Однако, как и было уже всем очевидно, эта война для них была священна, и отступать они не собирались.. Хелдор, читая сочинения древних, думал, что трупы вровень со стенами – лишь художественный прием. Однако то, что происходило под стенами – стремительно приближалось к кровавым летописным описаниям.

Ахмед заперся в башне со своими бойцами, противники выломали дверь и теперь разгребали завалы камней. На них переключились воины с боковой башни, и те, закрывшись щитами, приостановили свои работы, и подтащили поближе мантелеты и лестницы.

Вожди горцев подгоняли свои резервы, готовясь к решающему броску. Судя по построению, они намеревались вломиться и через ворота, которые изрядно пострадали это ударов тяжелыми саблями и топорами.

Карви оценил обстановку – раненых было очень много, а потому они лежали практически у стен, где могли оказаться затоптаны в предстоящей схватке. Лейтенант приказал оттащить их поближе к источнику, а там же, рядком, укладывались и погибшие. Тех было уже шесть десятков, половина из которых – воины Ахмеда, а другая – воины младшей дружины. Старшим дружинникам их доспехи позволяли отступить при сильном ранении и отойти на перевязку и отдых – но сражение становилось все более тяжелым и кровавым…

Лейтенант размышлял над выходом из крепости, чтобы ввести в бой все возможные резервы, опрокинув противника одним ударом, но сражение выдалось столь ожесточенным, что из-за лежащих тут и там убитых горцев было невозможно организовать строй, не говоря о том, что это было в известной степени рискованным мероприятием.

Разрозненные отряды горцев, выживших после штурма, попрятались за щитами или вжались прямо вплотную к основанию плато – там они, практически в недосягаемости от стрел, ожидали подкреплений. Сражение у донжона, который удерживал Ахмед, стихало: ни разобрать завалы, ни влезть на второй этаж башни с помощью лестниц атакующим не удалось.