Гэвин осознал все сразу. Ему не надо было смотреть дальше, чтобы понять, что Грегарио сражается за жизнь против орды Стражей и что троллей отправили, чтобы отрезать его арьергард от брода.

— Тамсин! — взревел он. У него не было времени ждать ее. А еще у него не было резерва, кроме ближнего отряда рыцарей, которых он сразу повел на троллей. Сколько бы камней ни валялось вокруг брода, он взял у оруженосца копье — и ударил им в лицо огромного пещерного тролля. Тварь рухнула, а копье разлетелось в щепки.

Троллей было больше, чем рыцарей, брод не годился для лошадей, хотя и для троллей тоже не годился. Люди и лошади падали в воду, твари тоже падали, скользя каменными ногами по мокрым камням. Атака рыцарей захлебнулась, и с каждым ударом сердца Гэвина падала еще одна лошадь.

К востоку от брода Экреч вдохнул запах ветра и понял, что враг близко. Тысяча закаленных боглинов двинулась в атаку. Да, они устали, но они оставались боглинами-копейщиками — и членами союза. Десять дней они смотрели на гибель своих сородичей, но это не изменило их мнения. Даже самый простой и глупый боглин ощущал зло врага, почуяв его запах.

Экреч, по своему обыкновению, выстроил своих воинов очень близко друг к другу: чтобы защищать их своим колдовством и чтобы создать стену копий, делающую боглинов намного опаснее для людей и тварей.

— Вперед, — выдохнул он.

Но у Экреча был и другой инструмент, другое оружие, слабое и незаметное. Из-за рудиментарных надкрыльев пополз запах истинного братства, благородных намерений, защищенных гнезд и превращения истины в ложь.

Этот запах назывался «справедливость».

Повстанцы Билла Редмида не могли одновременно удерживать фронт и фланг, их атака спасла ирков, но оставила без подмоги альбанское ополчение.

Вражеские боглины хлынули вперед, а с ними — ирки, Стражи и многие тысячи бесят. Союзники стреляли и стреляли, у егерей кончились стрелы, и они пустили в ход мечи и щиты, а затем, шаг за шагом, начали отступать вверх по склону, теряя людей, которых враги немедленно разрывали на части и пожирали.

Морейские горцы забросали орду камнями, а затем напали на Стражей с топорами, расчищая склон перед кланом Моган и давая ей возможность вздохнуть. Моган посмотрела налево и направо с огромного камня и приказала отступить. Медведи Длинной Плотины, оставшись без врагов, повернули налево и врезались в зубастых бесов, уничтожавших ополчение. На мгновение рубеж был спасен.

Но у Эша было кое-что припасено, а союзники оставались ни с чем. Еще одна волна накатила на Лумсак, и все войско альянса бежало.