Дракон пролетел над ними, пламя снова хлестнуло людей, сотни погибли на месте. Но тут дракон внезапно повернулся, его длинная шея жутко изогнулась, потянувшись на северо-запад, крылья забили по воздуху, и адское видение унеслось на запад, подняв напоследок снежный вихрь.

Алкей, прищурившись, глядел, как улетает дракон. Затем он посмотрел на свой народ: пять тысяч морейских ветеранов, последний из древних легионов Ливии, все облачены в длинные кольчуги и вооружены тяжелыми копьями и круглыми щитами. Некоторые с боем прошли от Н’Гары и обратно, другие всего несколько дней назад охраняли Ливиаполис.

— Веди нас, Алкей, — сказал кто-то, ухмыляясь.

— Положение еще можно спасти, — кивнул сэр Кристос.

Алкей указал на самый центр:

— Кристос, туда. До самого низа и займись центром. Я пойду направо… — он посмотрел на подножие хребта, где все еще держались Экреч и его легионы, — пойду направо и постараюсь… что-нибудь сделать. — Он улыбнулся. — Что-нибудь. Черт возьми, Кристос. Что-нибудь я сделаю.

— И я тоже, — сказал Кристос и отсалютовал. — За императора.

— Где бы он ни был, — пробормотал Алкей.

СЭР ГЭВИН МУРЬЕН

Огненная стрела попала в пылающий меч Гэвина, или, возможно, он отбил ее. Она раскололась на две части, и они ушли в землю, которая от крови и других телесных жидкостей тысяч разумных существ и от копыт сотен лошадей превратилась в грязь. Гэвин наклонился вперед, погоняя Бесс, и она откликнулась, удлиняя шаг.

Безрогий демон ударил Бесс кулаком по бронированной голове, он смял большой шип, и ее огромная сила ничего не значила по сравнению с его злобой. Гэвин съехал к крупу, как будто тренировался на наклонной площадке.

Он грохнулся с седла. Земля подмерзла, и удар болью отдался в плече. Встав, он понял, что потерял меч Хартмута, и тут же увидел, что демон наступил на него, вытянув ногу.

Для существа с такими длинными ногами позиция была неустойчивая.

— А теперь, — сказало чудовище, — я съем твою душу…

Тварь была крупнее Гэвина, но не сильно, и стояла в крайне нелепой позе. Гэвин изо всех сил ударил головой в остроконечном шлеме, целясь в огромные тестикулы, а тварь шарахнула его кулаком по бронированной спине. Монстр покачнулся, опрокидываясь, и Гэвин, не обращая внимания на боль в ребрах, потянулся к рукояти меча Хартмута, который немедленно вспыхнул.

Гэвин ударил, куда дотянулся, по почти человеческой руке, на которой уже не хватало нескольких черных когтей, поранил ее, и черная кровь потекла толчками, как будто ее выкачивали насосом.

Монстр наставил на него кровоточащий обрубок, и Гэвин весь оказался в омерзительной крови, снова ударил, на этот раз вслепую, но получилось неплохо, простой fendente куда-то попал. Гэвин откатился в сторону, поднял забрало и увидел, что тварь держится за лицо.