Люди радостно заорали. Они не знали его. Он потерял всех своих рыцарей и пехоту в боях на западе и раз за разом брал новых солдат из собственных владений. Но им и не нужно было это знать, потому что сейчас им предстояло тушить очередной пожар. Тамсин сообщила, что у Лили Берн что-то не так.

— Вперед! — крикнул сэр Гэвин, и колонна, теперь уже на боевых конях, двинулась по дороге, бряцая сбруей. Пошел легкий снег, и свет угасал, превращаясь в серебристое мерцание.

Они проскакали с полмили, не встречая сопротивления, а затем наткнулись на толпу боглинов, прямо на дороге, и Гэвин схватил боевой молот и забил парочку до смерти, расколов черепа, а Бесс копытами сделала грязную лужу еще из дюжины тварей.

Они пожирали рыцаря ордена и его лошадь. Потом нашелся еще один и еще.

— Будьте начеку! — крикнул Гэвин.

Колонна пошла рысью. Справа, а потом и слева в лесу что-то зашевелилось. Гэвин приказал арьергарду выйти вперед, и две дюжины рыцарей во главе с сэром Галаадом д’Эйконом поскакали в лес. Тут же завязался бой, но огромные лошади легко проходили сквозь мертвую листву и деревья, и боглины гибли один за другим.

Даже с закрытым забралом Гэвин слышал звуки боя вдоль ручья. Он знал этот лес и знал эти звуки. Появление в лесу боглинов значило, что враг заходил с обеих сторон линии войск альянса. Ему приходилось гадать. Темнело. Это был их единственный шанс.

И огромный риск.

Он поднял забрало и проревел голосом отца:

— Галаад!

— Милорд? — крикнул д’Эйкон с расстояния в пятьдесят шагов. Все рыцари остановились.

— Возьми половину людей и иди на север, пока не обойдешь врагов. Переходи ручей и нападай. Следи за флангами.

Это была немыслимая, ужасная ответственность для королевского гонца, которому едва исполнилось двадцать два года и которого посвятили в рыцари две недели назад.

— Считайте, что все уже сделано. — Д’Эйкон поднял кулак к забралу.

Сэр Гэвин, не закрывая забрало, поехал дальше. В глаза летел снег. Дорога сделала плавный поворот, и они увидели свою цель.

Противник удерживал мост. Новый каменный мост, по которому могли пройти четыре человека, высокой аркой взлетал над чернильно-черной водой. Он назывался мостом Стража, потому что Габриэль убил там демона.

Погибших рыцарей становилось все больше. Сердце Гэвина разрывалось: не меньше трети ордена лежало на земле, и еще два десятка других рыцарей, мертвых или израненных. Лошади визжали и били копытами, не подпуская никого к мосту. Рыцари ордена воздвигли мерцающий золотисто-зеленый щит. На глазах у Гэвина в щит ударил поток силы. На мосту кто-то был.