— Я думал, ты больше, — сказал Габриэль вслух. Ариосто рассмеялся.
Они приземлились у врат, и Йон Ганг с Хэмуайзом забрали Ариосто. Полдюжины жирных альбанских овец блеяли во вполне оправданном ужасе.
Габриэль спешился и устало прошел через врата, махая рукой часовым и отвечая на тихие «доброй ночи». Большой красный шатер стоял прямо у врат. Сразу стало тепло, вечер был ясный и приятный. Он вошел в шатер и обнаружил, что там прекрасно провели время без него. Том Лаклан храпел, уронив голову на стол, Сью спала в соседнем кресле. Анна Вудсток лежала на ковре, пристроив голову у Тоби на коленях, Майкл спал в обнимку с Кайтлин и дочерью, спал мастер Никодим, Мортирмир спал рядом с Танкредой, у которой в руках оставался полный бокал вина, Фрэнсис Эткорт растянулся во весь рост под столом, де Бозе поначалу показался бодрствующим, но он тоже спал, прямо в доспехах.
Габриэль посмотрел на них и передумал злиться. Он был рад их видеть. Ему хотелось плакать. Абсурдное чувство.
И тут появилась Бланш.
— Я не спала, — тихо проговорила она. — Я надеялась, что ты вернешься.
— Мудрая дева, — сказал он.
— В моем светильнике еще осталось масло.