— У меня есть источник и хор, — сказала Дезидерата. — С учетом рыцарей, окружающих меня в реальности, Лиссен Карак непобедим.

— Последние несколько дней заставили меня всерьез усомниться в идее непобедимости. Хорошо. Идите с Богом.

Дезидерата поцеловала его в эфире:

— Ну и ну.

Габриэль рассмеялся.

Ярость Эша выплеснулась в эфир и в небо над руинами таверны. Лес щитов поднялся над альянсом. Армия стояла полукругом от усадьбы Хелевайз до Пенрита, до Альбинского хребта, до Альбинкирка. Щиты были зелеными, золотыми, темно-синими и красными. Солдаты закричали: мерзнущие люди увидели строй щитов и поняли, что произошел перелом.

— Что теперь? — спросил Гэвин.

— Теперь будем отдыхать и перестраивать войска. А утром пойдем и уничтожим его.

— Чего ты недоговариваешь?

— Так, немного. Но все это не имеет значения. — Габриэль взглянул на свою руку, чтобы убедиться, что защита Моргана работает, но его рука больше не казалась человеческой — как и лицо, в чем он убедился, посмотрев на свое искаженное отражение в легком стальном наруче.

— А в темноте он не нападет? — спросил Гэвин.

— Может, — Габриэль пожал плечами, — но теперь у нас много герметистов. Утром ему будет удобнее.

— Почему ты так уверен? — уточнил Гэвин, снова злясь на брата, как в старые добрые времена.