– Люблю тебя, – повторила я, уже не сдерживая всхлипы. – Ни о чем не жалею! Я бы поступила также снова. Хорошо, что тогда упала с мотоцикла. И плохо, что ты терронец и капитан большого корабля.

– Я не знаю, что хорошо, а что плохо, – пробормотал Бьёрн. Он держался с поразительной стойкостью, но я видела, что еще чуть – и заплачет. – Может, это все зря. Ты была бы счастливее без меня.

– И без Любимы?

– Н-нет… – Он протянул руки, и я отдала дочку.

– Ты красавица, Любима. Котенок… – Он поцеловал нежную щечку. –Солнышко наше. С мамой тебе будет хорошо.

Я вцепилась в его куртку. Мог ли Бьёрн спрятаться подобно Халли? Мы оба знали, что нет.

– Мне пора, – сглотнул он. Передал мне дочку, провел пальцами по ее буйным кудряшкам. – Тая. Я буду всегда тебя помнить. – Наклонился, поцеловал… потом еще, и еще, и, наконец, отшатнулся, словно его ударили. – Пока, моя мечта.

– Прощай, мое мгновенье…

Он быстро пошел прочь, не оглядываясь. Руки были сжаты в кулаки, походка казалась деревянной. Бьёрн шел не по тропе, а напролом через заросли сорняков, и я знала, что все кончено. Космос, звезды и пустыни в прошлом. Меня ждали слезы и осенние дожди.

На крыльцо выскочила Ариэль. Ее вопль был слышен за семь верст, но она испуганно закрыло рот ладонью, увидев Любиму.

– Сестра…

– Привет, – хрипло произнесла я. – Мы дома. Мун здесь?

– Да, он на кухне… Тая, ты…

– Это Любима, – выговорила я, – наша с Бьёрном дочка. Морковкин, это твоя тетя Ари.

– Привет, крошка…

Любима, привыкшая к людям, издала один из фирменных курлыкающих звуков и задрыгала ногами. Она хотела ползать, а я хотела умереть. В такие моменты о других как-то не думается, справиться бы с собственной болью… Хотя, наверное, я просто была плохой матерью. Эгоисткой, как говорят. Свое сердце пыталась спасти, в то время как маленькое беззащитное создание нуждалось в заботе и участии.

Нет. Не стану реветь. По крайней мере, не сейчас. Пришлось выдержать сочувственный взгляд Ариэль и принять помощь Муна. Они понесли вещи в мою комнату, и я краем мысли отметила, что дома чисто, уютно и пахнет едой. Чтобы не сойти с ума, едва оказавшись в привычной обстановке, начала разбирать вещи и готовить комнату для дочки.

– Ариэль, Мун, пожалуйста, найдите на чердаке старую кроватку. Она еще пригодна для использования, а Любу надо куда-то пристроить. Она вообще-то под утро со мной спит, а мы с Бьёрном… То есть…

– Сейчас принесем, – пообещал Мун, и они ушли.

Я закрыла дверь, опустила Любиму на ковер и тихо, утробно зарычала. Слезы брызнули от напряжения, и я отвернулась на несколько мгновений, чтобы попытаться справиться с чувствами. Вернись, любимый! Мы не сможем без тебя! Нет во мне никакой силы, и я не хочу оставаться одна!