Правда, иногда проглядывающее в брюнетке презрение к обществу и высказываемые ей идеи немного коробили. Или даже не немного. Ставить добившегося каких-то успехов простолюдина выше не блистающего достижениями, но родовитого дворянина? На взгляд Эрис это слишком… слишком. Разве, говоря так, Куроме не отзывалась плохо в том числе и о своих родственниках?

Пусть со времён Первого Императора повелось смотреть в первую очередь на личные заслуги, а уже потом на предков, обращаясь друг к другу по имени и роду деятельности. Но разве предки нынешней аристократии не заслужили привилегии для своих потомков? Наставники Эрис утверждали, что заслужили. Сама девушка не могла сказать, что безоговорочно поддерживает это мнение, но и, подобно подруге, называть половину аристократов декадентами и прожигателями жизни казалось неправильным.

Впрочем, лично Эрис это отношение ничуть не касалось. Несмотря на покровительственное отношение, её никто не пытался принизить — наоборот, Куроме с явным уважением относилась к музыкальным талантам артистки. И молодой певице очень льстило это признание.

А заботливый, добрый и немного стеснительный Натал покорил сердце девушки сразу, как она с ним познакомилась. Такой милашка!

Расспросив брюнетку о её друге, Эрис узнала, что он когда-то пережил несчастную любовь и с тех пор остерегается вступать в отношения. Конечно, достаточно скрытная воительница не захотела говорить об этом прямым текстом, но хитрая блондинка смогла между делом выведать интересующую информацию. Именно поэтому светловолосая певица и решилась столь безрассудно показать свои чувства к парню, проявив настойчивость. И не прогадала. Хотя вначале она сильно боялась и сомневалась в своём решении. Вдруг он бы счёл, что она слишком ветреная? Или, упаси боги, что она, как те развратные дворянки, ведёт себя так с каждым?

Погружённая в свои мысли девушка на автомате отвечала на вопросы Али и Робби о своём обучении стрельбе и уроках музыки, которые она давала Куроме. Выслушав привычные предостережения дяди, призывающего быть осторожной с людьми, которых опасался сам «главарь этих полубандитов» Рутгерт, Эрис еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться.

Как он не понимал? Опасаться и быть осторожными нужно только преступникам и плохим людям!

Разве могла улыбчивая сластёна с милым питомцем и её приветливые друзья быть злыми людьми?

Постепенно мысли светловолосой девушки снова скатились в романтические грёзы. Она, погруженная в фантазии, не замечала, как их транспорт начало заметно потряхивать на неровной дороге. Даже хлопки выстрелов проскользнули мимо сознания.