А она обстановка выходила крайне неудачной. Вслед за надвигающимися охранниками сорвались и несколько пьяных. Сознание отметило, что отступить не получится: проскользнуть мимо еле ползущих врагов можно без труда, но ускорение вскоре закончится, а убежать от тренированных телохранителей у неё не выйдет. В барабане осталось всего три патрона, а запасные патроны она забыла в номере. Эрис совсем не питала уверенности в том, что ранение сможет остановить или достаточно напугать крупных и сильных охранников и присоединившихся к ним пьяных.

Но в чём сомневаться не стоило, так это в том, что в случае поражения ничего хорошего её не ждало. Внутренне поколебавшись, Эрис навела мушку на покатый лоб ближайшего нападающего.

«Я не буду бояться! Я буду сильной! Я не стану жертвой!»

Та слабая и наивная девица, которая покинула Столицу вместе с труппой дяди Хантера, ни за что бы ни подняла оружие на другого человека. Она скорее попыталась апеллировать к совести и милосердию злодеев. Но молодая женщина, благодаря собственному опыту дорожных приключений и общению с гораздо более осведомлённой в вопросе Куроме, знала: есть люди, с которыми можно договориться, а есть те с кем не стоило и пытаться.

Как мрачно шутила Куроме: «Лучше ты будешь разбираться с чужими трупами, чем кто-то будет разбираться с твоим».

Бах-бах-бах! — для стороннего наблюдателя выстрелы прозвучали практически очередью. Один из охранников и самый быстрый из прихлебателей безвольно рухнули лицом в брусчатку, второй же схватился за голову, упал на землю и принялся подёргиваться в агонии. Не обращая на это внимания, девушка сделала шаг вперёд и впечатала ладонь в грудь второго прилипалы, вложив в удар остатки усиления и отправив его прямо в объятия сынка лорда.

— Я — Эрис Фаулер! Мои предки веками боролись с такой грязью, как вы! Убирайтесь или умрите!!! — находясь на грани истерики, прокричала девушка и в запале шагнула вперёд.

Этот шаг несостоявшейся жертвы, обернувшейся безжалостной убийцей, вывел недавних хищников из ступора, заставив с воплями порскнуть в стороны. Бросив оглушённого парня и барахтающегося под ним крикуна, шайка стремительно удалялась.

Девушка подрагивающей рукой вернула разряженное оружие в кобуру и застыла в странном оцепенении, не зная: расплакаться ли ей, истерично рассмеяться — или просто обессилено опуститься на землю.

Хлоп-хлоп-хлоп, — прозвучали за её спиной одинокие аплодисменты.

— Великолепное представление, леди!

— Л-лорд Сюра? — хоть девушка и не была завсегдатаем светских приёмов, сына премьер-министра она прекрасно запомнила, будучи представленной на прошедшем балу в честь дня рождения Императора.