«Возможно, Трехрукий пока еще не настолько мертв, если сравнивать с тем же Пустоглазым», — Ахин вышел из дома и обернулся, бросив короткий взгляд в темноту дверного проема.

Тусклый свет, льющийся из окна, как будто пытался не попадать на неподвижную фигуру бригадира кладбищенских работников, но все равно застревал в пустых глазницах, впавших щеках и многочисленных складках одежды, висящей на почти полностью лишенном плоти теле. Наверное, одержимому стоило сказать что-нибудь на прощание, поблагодарить за то, что не выдал беглецов созданиям Света и предоставил ночлег. Но, глядя на Пустоглазого, он никак не мог отделаться от ощущения, будто бы этому мертвецу известно что-то невообразимое, некое тайное знание, недоступное живым. И поэтому любые слова Ахина значили для него не больше, чем карканье надоедливых ворон. А то и меньше.

Глубоко вдохнув прохладный вечерний воздух, который хоть и отдавал могильной землей, но все же был намного приятнее пыльной затхлости внутри дома нежити, одержимый внимательно осмотрелся. Ему хотелось доверять новым союзникам, но приобретенный опыт вынуждал его проявлять крайнюю осторожность, плавно переходящую в паническую паранойю. К своему облегчению он не заметил поблизости ни одного создания Света. Конечно, ничто не мешало им устроить засаду чуть поодаль или выслать погоню с небольшой задержкой, чтобы все мятежники собрались в одном месте. Или еще, например…

«Но лучше я не буду об этом думать», — вздохнул Ахин, направившись к темному силуэту нежити у угла соседнего дома. Вопреки ожиданию, там стоял не Трехрукий.

— Ты с нами? — удивился одержимый, узнав самого первого живого мертвеца, с которым ему довелось встретиться в Могильнике. — А как же твое безграничное желание смотреть в окно?

— В мире полно окон, в которые я еще не смотрел, — небрежно повел костлявым плечом Перевернутый. — Да и скучновато здесь стало в последнее время.

— Ты не очень-то похож на авантюриста, — заметил Ахин, покосившись на его чистую одежду, которая была почти идеально подогнана под нестандартное тело нежити, и аккуратно причесанные жидкие волосы.

— Возможно. Просто мне наконец-то захотелось что-то сделать. Вот и делаю.

— Ваш бригадир считает, что моя попытка изменить мир лишена смысла.

«Так… Я снова отговариваю кого-то помогать мне?» — прикусил губу одержимый. Боли он не почувствовал, но во рту появился привкус крови. Общая атмосфера ночного города-кладбища дополнилась новыми полутонами.

— Пустоглазый считает бессмысленной не твою попытку изменить мир. Он считает бессмысленным сам мир. Жизнь и существование, плоть и сущность, Свет и Тьму — вообще все. Для него все лишено смысла, — в голосе Перевернутого слышалось одобрение, но при этом он вновь небрежно повел плечом, лишив Ахина всякой возможности понять его личное мнение.