— Я вас возглавлю, — заявил Одноглазый, ударив себя кулаком по впалой груди.

По толпе мертвецов пронесся хриплый шепот, но возражений не последовало. Видимо, он обладал неким авторитетом среди них. Или же его немного побаивались и старались не перечить лишний раз. А еще, может быть, всех просто устраивало то, что хоть кто-то решился принять ответственность.

«Его рвению можно позавидовать, — Ахин внимательно посмотрел на одноглазого мертвеца. — Но он довольно вспыльчив, насколько я могу судить. Нужен еще кто-то. Сдержанный, осторожный и рассудительный. Для равновесия, так сказать. И я даже знаю кто…»

— Хорошо, поступим следующим образом, — одержимый постарался придать голосу тон, не терпящий возражений, потому что, кажется, нежить по-своему ценила активную позицию, при этом практически не обладая ею. — Вы поделитесь на два равных отряда по двадцать восемь чело… тел. Одним будет командовать Одноглазый. Вторым — Перевернутый.

— Согласен, — кивнул Одноглазый.

— Кто? — переспросил опрятный мертвец. — Я?

— Да. Ты против?

— Нет, я не против. Но вряд ли у меня получится. Я предпочитаю наблюдать, а не принимать решения.

— Самые правильные решения рождаются из тщательного наблюдения. Ты справишься, — Ахин бросил быстрый взгляд в сторону Одноглазого: — И ты нужен мне на этом месте.

— Ясно, — хмыкнул Перевернутый. — В конце концов, чем выше я буду находиться, тем больше увижу, правильно? Ну, ладно. Я согласен.

— Благодарю, — облегченно выдохнул одержимый и повернулся к Трехрукому, который до сих пор молча стоял в стороне: — А без тебя ничего бы не получилось. Ты оказал мне и всему нашему миру огромную помощь. Надеюсь, что ты не отступишься от своих убеждений и в будущем. Мы вступаем в борьбу за справедливость, и я хочу видеть тебя рядом с собой как верного соратника и ценного советника.

— Снова громкие слова? — усмехнулся тот.

— Может быть. Но искренние.

— Тогда можешь рассчитывать на меня, — Трехрукий улыбнулся, растянув шов на щеке: — Отступать все равно некуда.

В очередной раз облегченно выдохнув, Ахин обратился к нежити:

— Возражений нет?

Толпа безмолвствовала. Но это молчание стало иным. Однако разбираться в перемене настроения оживших мертвецов уже не осталось времени, так что тишина, повисшая в сыром воздухе Могильника, была принята за единогласное согласие.

— Значит, возражений нет.

Ахин внезапно ощутил полузабытое чувство, которое испытал, когда Киатор предложил ему принять участие в вылазке сонзера. Пусть та роль была мала, но сколько воодушевления и надежды она вселила в сердце одержимого! С тех пор мечты о героической судьбе не раз были втоптаны в кровавую грязь сапогом жестокой реальности, но они продолжали существовать. Изувеченные мечты, которые все еще могут воплотиться в жизнь.