– Поздравляю, – сказал он, уворачиваясь от очередной попытки Бершада пронзить его мечом. – Хоть мы и уничтожили все фермы в Дайновой Пуще, твои соплеменники все-таки не голодали. Кстати, я тут недавно лакомился жареными баронскими пальчиками – мягкие, сочные, просто объедение. Сразу видно, что человек в жизни никакой работы не делал.
– Такими разговорами меня не проберешь.
– Ах, ну да, ты же с баронами не в ладах. Ты у нас бунтарь-одиночка, – протянул Вергун, выходя на крепостную стену. – Надо сказать, что одними баронами я не ограничился. Тебя так давно здесь не было, что я перепробовал всех подряд, и женщин, и детей. Никем не гнушался. Хотя в местных оборванцах никакого вкуса, они все больше крысами и саранчой питаются, мясо жестковато. Зато их отчаянные вопли – лучшая приправа к любому угощению…
Бершад с криком кинулся на него.
Вергун усмехнулся и, оттолкнувшись от стены, вцепился в толстую лиану, раскачался, перелетел во двор соседнего особняка, прошмыгнул мимо копий с насаженными на них трупами, и вбежал в распахнутую дверь кухни.
Бершад спрыгнул с крепостной стены, вправил коленные чашечки, выскочившие от удара о землю, и заковылял к особняку, с огромным трудом сдерживая бушующую в крови ярость.
60. Нола
60. Нола
Кухня располагалась в задней части особняка барона Куспара, поэтому Ноле пришлось пробираться через комнаты, разграбленные Змиерубами. Повсюду валялись сорванные со стен шпалеры и разбитая мебель, все углы были обгажены. Нола с трудом протиснулась в коридор.
На кухне Нола увидела самое жуткое зрелище на свете.
Чугунные сковороды были полны отрезанных пальцев, зажаренных в масле и щедро сдобренных перцем. С мясных крюков свисали человеческие конечности, натертые специями. Но хуже всего были стеклянные банки, выставленные рядком на одной из полок. В каждой банке виднелась отрубленная голова. Нола с ужасом смотрела на знакомые лица: именно этих людей Вергун забрал из свинарника на съедение.
В одной из банок оказалась голова Шелли. А вот головы Куспара не было.
Нола сразу же решила, что больше никогда не будет готовить, подавать или есть мясо. Никогда.
Дверь в кладовую была заперта. Нола не стала искать ключ, а просто схватила здоровенную чугунную сковороду, с отвращением вытряхнула из нее пальцы и что есть силы замолотила по двери. Дужка замка треснула, дверная створка распахнулась.
В кладовой у длинного ряда шкафов сидели пленники со скованными за спиной руками: Куспар, Трокци, Винди, Джакелл.